Считает ли Дон Кихот происхождение человека Великой ценностью? 3-4пр.​

Прочитав «Капитанскую дочку», я понял, что Пугачев был обычным человеком со своими достоинствами и недостатками. Да, он жесток. Он казнит коменданта крепости и офицеров, верных царю. Он зло выкрикивает «Уймите старую ведьму!», и тут же убивают жену коменданта Миронова, которая была ни в чем не виновата. И в то же время Пугачев не забывает сделанное ему добро. Он возвращает «долг» Петру Гриневу и отменяет казнь. Он вызволить Машу Миронову, которую Швабрин заставляет выйти за него замуж, и даже ласков с девушкой. Его жестокое сердце смягчается, видя искреннюю любовь.
Емельян Пугачев дорожит своими друзьями. Предводитель народного бунта на равных разговаривает с Хлопушей, с беглым преступником, лицо которого обезображено щипцами палача. «Эх, Емеля, Емеля», — вздыхает о нем Гринев. Молодому офицеру жаль беглого казака, который для всех – жестокий злодей, а для него и избавитель. Мне тоже было жаль Емельяна Пугачева, когда его казнили. Читая «Капитанскую дочку», я часто спрашивал себя: «Зачем он так делает, зачем поступает так жестоко?». Когда Пугачев Гриневу, мне казалось, что он еще может исправиться, потому что он добрый и справедливый.

Но не только доброта есть в сердце Емельяна Пугачева. Он стремится к власти, хочет захватить Москву и сесть на царский престол. Мне было очень неприятно, когда я читал, как Пугачев рассказывал Гриневу старую калмыцкую сказку об орле и вороне. По моему мнению, именно жажда власти сделала Пугачева таким жестоким. А убивать людей не позволено никому. Емельян, конечно, это понимал. Он знал, что обречен. Его любимой песней была страшная песня про виселицу. Смелый и безрассудный, он часто поступал необдуманно, но на казнь шел хладнокровно, узнав Гринева в толпе, кивнул ему.

Иногда Емельян Пугачев меня отталкивал. Например, мне неприятна сцена, где Гринева заставляют поцеловать ему руку. Не понравился мне и рассказ Пугачева о Гришке Отрепьеве, но были моменты, когда я жалел предводителя крестьянского восстания. А чаще всего Емельян Пугачев представлялся мне простым человеком. Вот таким я увидел «беглого казака», который возглавил один из самых страшных бунтов в истории России, после прочтения «Капитанской дочки».

  З гэтых радкоў становiцца зразумелым, чаму аўтар узяў сабе такi псеўданiм — Крапiва. Так, як гэтая «марная трава» гатова апячы кожнага, хто датыкнецца да яе, так i пiсьменнiк не можа моўчкi прайсцi каля любой заганы чалавечага грамадства, абавязкова «апячэ» таго, хто з'яўляецца парушальнiкам дысцыплiны. Вялiкага майстэрства дасягнуў Кандрат Кандратавiч Крапiва ў жанры байкi. 
     Выкрыццё нейкай заганы праз смех, на маю думку, больш дзейснае, чым проста указание на гэтую загану. На такi метад людзi звычайна рэагуюць хутчэй. Напэўна, так думаў i сам паэт, таму самых злосных парушальнiкаў дысцыплiны ён рабiў героямi сваiх баек. 
     Хто толькi не трапляўся на вострае пяро Крапiвы: гультаi, дэмагогi, кар'ерысты, тыя, хто любiў пажывiцца зачужы кошт, невукi... Вельмi часта пiсьменнiк браў нейкую прыказку i раскрываў яе сэнс у баечнай алегорыi. Гэта можна сказаць пра байку «Дзед i баба». У аснове яе прыказка «Баба з воза — каню лягчэй». У гэтай байцы Крапiва асудзiў тых людзей, якiя толькi робяць выгляд, што працуюць, а на самай справе яны толькi перашкаджаюць у рабоце. 
     У байцы «Саманадзейны конь» аўтар раскрывав сэнс прыказкi: «Вялiкаму каню — вялiкi хамут». Крапiва высмеивав тут такую рысу характару чалавека, як саманадзейнасць. Аўтар сцвярджае, што кожны чалавек, перш чым узяцца за якую-небудзь справу, павiнен добра падумаць: хопiць у яго розуму i сiлы справiцца з гэтай работай цi не. Кожны чалавек павiнен займаць месца суразмерна са сваiмi магчымасцямi. У адваротным выпадку ён будзе выглядаць так смешна, як той плюгавенькi конiк з байкi, што палез у вялiкi хамут. 
     Многiя радкi, якiмi Кандрат Крапiва заканчваў свае байкi, сталi крылатымi выразамi. Узяць хоць бы байку «Дыпламаваны баран», якая мне вельмi спадабалася. У гэтым сатырычным творы пiсьменнiк выкрыў такiя чалавечыя заганы, як тупасць, невуцтва i разам з тым iмкненне да славы, да незаслужанага гонару. Вось як гаворыць К. Крапiва пра такiх людзей: «Другi баран — нi «бэ», нi «мя», а любiць гучнае iмя». 
     Прайшло ўжо шмат гадоў з таго часу, калi пiсалiся байкi Крапiвы, аднак актуальнасць iх не знiкла i сёння. Шкода i крыўдна, але ў нашым грамадстве зараз хапае i дыпламаваных бараноў, i махальнiкаў iвановых, i саманадзейных коней. А пакуль ёсць гэтыя заганы, то не будуць трацiць свайго значэння i байкi Крапiвы. Хай сабе яны i не выкараняюць з нашага грамадства пералiчаныя вышэй недахопы, аднак не даюць людзям забыцца на тое, што гэтыя з'явы — не нормы жыцця, з iмi трэба змагацца.