Изложение в центре москвы стоит памятник

Врассказе перед читателем предстает поэтичная картина рус­ской деревни. жители прекрасно знают друг друга, и кажется, будто все они — члены одной большой семьи. окружающий мир мы видим глазами маленького мальчика, а значит, непо­средственно и просто. ему все вокруг кажется интересным и за­нимательным. вместе с ним мы увлекаемся рыбной ловлей, пуга­ем птиц, нас захватывает ощущение ужаса, когда забегаешь в пещеру с нечистой силой. на самом деле все повествование — это воспоминание уже взрослого человека о своей задорной маль­чишеской жизни. именно поэтому в рассказе его сквозит чуть заметная ирония и умиление: насколько важным казались малень­ким людям их дела. ну разве может быть что-то важнее, чем ловля мерзкого на вид водного обитателя, живущего под камня­ми? а как заманчиво бывает потихоньку пробраться в дом левон­тия и послушать песни! детское восприятие настолько эмоцио­нально и живо, что читатель невольно чувствует себя сообщни­ком во всех мальчишеских делах, активным участником. тем не менее этот рассказ не просто поэтичное воспроизве­дение мира детства, но изображение воспитания человеческой души. мальчик отправляется за ягодой. но, потеряв ее, он под влия­нием своих приятелей решается обмануть бабушку. он кладет траву на дно кузовка, а сверху засыпает ее горстками земляники. этот обман не раскрывается сразу. но совесть мучает мальчика почти все время. от стыда и от страха он убегает от бабушки и боится возвращаться домой. мальчик прекрасно понимает, что заслу­жил наказание. и утром, обрадованный появлением дедушки, растроганный, он просит прощения и покорно выслушивает уко­ры бабушки. но тут случается неожиданное: несмотря на такое вероломство внука, бабушка покупает ему обещанный пряник — коня с розовой гривой. рассказчик вспоминает этот момент как один из самых светлых в своей жизни. здесь рождается вера че­ловека в добро. для него это лучший урок великодушия и душев­ной щедрости. он клянется сам себе, что никогда не пойдет боль­ше на подлость и коварство. ведь обманывать, мошенничать все­гда гораздо проще, чем что-то создавать, чем трудиться над сво­ей душой, чем просить прощения и раскаиваться. на вероломство не нужно много ума и выдержки, «дурное дело не хитрое», — говорят в народе. а вот сколько душевной храбрости, мужества надо, чтобы признаться в содеянном, чтобы простить, уступить, да и просто любить! в своем произведении астафьев показывает нам добро в концентрированном виде, простое, незатейливое, мудрое. астафьев помещает своих героев в живописное окруже­ние, мастерски передает обычаи и быт глубинки. и ка­жется, будто таких героев найдешь в любой деревне, куда ни загляни. это и мудрая, хозяйственная бабушка мальчика — ека­терина петровна, и легкомысленная тетка васеня, и ее муж — прожига левонтий, и типичная деревенская детвора. самым, по­жалуй, значимым способом создания образов у астафьева явля­ется язык. «нечего куски выглядывать, — гремела она. — нечего этих пролетарьев объедать, у них самих в кармане — вошь на арка­не», — говаривала бабушка своему внуку, собравшемуся было улизнуть на пир к левонтию. а уж язык детворы: «зато мне ба­бушка пряник конем купит! — может, кобылой? — усмехнулся санька, плюнул себе под ноги и тут же что-то смекнул; — ска­жи уж лучше — боишься ее и еще жадный! — я? — ты! — жадный? — жадный! — а хочешь, все ягоды съем? — сказал я это и сразу покаялся, понял, что попался на уду…» астафьев как будто понимал, что прогресс науки и техники вовсе не означает прогресс человечества, его внутреннего мира. поэтому он возвращается к истокам — в глубинку, где, по его мнению, все духовные силы нации.

У каждого ребенка есть любимая игрушка, которая напоминает ему славную и безмятежную пору - детство. 
Когда-то давно я любила мою плюшевую собаку. Бигль сопровождал меня всегда и везде: по дороге в сад, в магазины, в поликлинику. Он был моим первым лучшим другом. Я очень дорожила своей игрушкой: плюшевая собака успокаивала меня в тревожные ночи, делала светлый день радостнее одним своим существованием, скрашивала скучные минуты. 
Но времена я повзрослела. Уже нет возможности играть целыми днями, делать то, что хочется. Но даже сейчас, когда детство отдаляется все дальше и дальше, когда уже становишься старше и понимаешь, что кончились беззаботные дни, эта игрушка аккуратно сидит на моей кровати, развалившись на животе. И когда мне грустно, то хватает одного только взгляда, чтобы забыть все свои невзгоды. 
Таким образом, я, на примере собственной жизни, могу точно сказать, что наши детские игрушки - не только памятники детства, но и просто первые, незабываемые лучшие друзья.