Здравствуйте выявить аннотацию в данном тексте Л. П. Крысин

Читаю газеты:

- Участники саммита пришли к консенсусу... В бутиках большой выбор одежды прет-а-порте... То и дело мелькает: имидж политика, большой бизнес, истеблишмент, риэлторы, ньюсмейкеры, брокеры, наркокурьеры...

Слушаю радио:

- Вот что рассказал нашему корреспонденту автор нового римейка… - В США праймериз, показавшие значительный дисбаланс в рейтинге кандидатов...

Диктор телевидения сообщает:

- Первые транши были переведены в офшорные зоны… Пресс-секретарь премьер-министра информировал собравшихся о перспективах в сфере инвестиционной политики государства… Дилеры прогнозируют дальнейшее падение котировок этих акций...

Что за напасть? Почему столько иностранных слов почти в каждом предложении, печатном или произнесенном в радио- и телеэфире? Зачем нам имидж, если есть образ, к чему саммит, если можно сказать встреча в верхах? Чем модный нынче в кинематографии римейк лучше обычной переделки? И разве консенсус прочнее согласия?

Действительно, во многих из приведенных случаев вполне можно было обойтись средствами родного русского языка. Но все же надо иметь в виду, что для развития почти каждого языка процесс заимствования слов из других языков вполне естествен и обычен, как естественны и обычны контакты между народами – политические, торговые, культурные. Тем не менее и к самому процессу заимствования, и в особенности к его результатам – иноязычным словам носители языка часто относятся с изрядной долей подозрительности: зачем что-то брать у других – разве нельзя обойтись средствами родного языка?

Нередко иноязычное слово ассоциируется с чем-то идеологически или духовно чуждым, даже враждебным, как это было, например, в конце 40-х годов во время борьбы с "низкопоклонством перед Западом": грейдер переименовали в струг, бульдозер – в тракторный отвал, сыр камамбер – в сыр закусочный...