Откроем «Записки охотника» И.С. Тургенева и убедимся, что писатель охотно использовал в своем творчестве деепричастные обороты.
Хорь присел на скамью и, преспокойно поглаживая свою курчавую бороду, вступил со мной в разговор.
Ходил он нескоро, но большими шагами, слегка подпираясь длинной и тонкой палкой.
Толкуя с Хорём, я в первый раз услышал простую, умную речь русского мужика.
Калиныч запел вполголоса, подпрыгивая на облучке, и всё глядел да глядел на зарю…
Он бы легко мог на деньги, вырученные им за проданную дичь, купить себе патронташ и суму, но ни разу даже не подумал о подобной покупке и продолжал заряжать свое ружьё по-прежнему, возбуждая изумление зрителей искусством, с каким он избегал опасности просыпать или смешать дробь и порох.
В поисках деепричастных оборотов обратимся к творчеству Н.В. Гоголя. Классик русской литературы не обошел их своим вниманием. Перелистаем страницы сборника «Петербургские повести».
До самого полудня пролежал он, желая заснуть…
Все откинувши, все позабывши, сидел он с сокрушенным, с безнадёжным видом, полный только одного сновидения.
Взглянувши на офицера, он припомнил, как в мутном сне, происшествие вчерашнего дня.
Отметим наличие деепричастных оборотов в повести «Собачье сердце» М.Н. Булгакова.
Женщина посвистала, пощёлкала пальцами, и пёс, немного поколебавшись, последовал за ней.
Тотчас бесшумно исчез, а Филипп Филиппович, распростерши полы халата, сел за громадный письменный стол и сразу сделался необыкновенно важным и представительным.
Пес дремал, уложив голову на передние лапы.
— Я — красавец. Быть может, неизвестный принц-инкогнито, — размышлял пес, глядя на лохматого кофейного пса с довольной мордой, разгуливающего в зеркальных далях.
Оценив ошейник по достоинству, пес сделал первый визит в то главное отделение рая, куда до сих пор вход ему был категорически запрещен — именно в царство поварихи Дарьи Петровны.
