Поставьте недостающие знаки препинания (прямая речь выделена). Он и спрашивает что ж мы теперь Пантелей делать станем?

Бухгалтер представил это наш земский агент. На том берегу уже кричали скорей!

Я ему объясняю, а он внимательно слушает и говорит ишь ты!

Что-то в ней есть жалкое все-таки подумал он.

Я рассказала все сестре прочел я Я была бы не в силах огорчить ее своим неповиновением.

Как сказать? раздумывал Королев Да и нужно ли говорить?

Он закричал плачущим голосом Когда же все это кончит­ся? и ушел к себе в кабинет.

А я ему и говорю Бог с ним, с этим сжатым воздухом! выговорил он сквозь смех и махнул обеими руками.

Город, в котором я жил до приезда в Харьков, раскинулся на красивом берегу Каховского водохранилища. Когда-то здесь не было ни водохранилища, ни самого города, а только большие зеленые луга и степь с невысокими холмами. .Текла здесь большая, мощная река – Днепр. Когда на Днепре построили водохранилище, то затопились при этом острова и значительная часть лугов. На новых берегах Днепра выросли города, а на открытых от воды лугах возродились села. Большая река стала любимым местом для рыбалки. Однажды, в конце февраля, я с отцом и его товарищем Сергеем собрались на рыбалку. Когда мы выходили из дома, погода была солнечная, дул ветер, но это нас не удивило, потому что весна в этих краях наступает рано. Подойдя к замерзшей реке, мы решили не отходить далеко от берега, так как лед уже подтаял и был не очень прочным. После нескольких неудачных попыток что-то поймать, мы с отцом решили отправиться домой, а Сергей остался еще порыбачить. Когда мы уже были на берегу, услышали крики рыбаков. Оглянулись назад и увидели, что несколько рыбаков, в том числе и Сергей, потихоньку уплывают от берега на оторванной льдине. Люди, чтобы начали прыгать в воду и плыть к берегу. Через несколько минут Сергей был уже на берегу. Отец снял с себя полушубок и дал ему согреться. Но тут Сергей вспомнил, что на льдине остался его велосипед. Теперь уже раздетый, он поплыл обратно за велосипедом. К счастью, льдина была еще близко от берега. Назад, уже с велосипедом, Сергей возвращался под смех и шутки товарищей.

 24 сентября 1922 года в московской газете "Накануне" была опубликована небольшая повесть Михаила Булгакова "Похождения Чичикова". Место и время действия — Москва 1920-х годов, то есть периода НЭПа, когда, по выражению Булгакова, наступил "торговый ренессанс" и оживились предприниматели самого разного свойства. 
    Может показаться странным, что тему о том, как "книга освещает наше личное движение к истине", можно трактовать при этого сатирического произведения. Тем не менее сейчас, в период "рыночного безумия", захлестнувшего Россию в гораздо большей степени, чем в двадцатые годы, эта повесть весьма актуальна и соответствует понятиям борьбы за справедливость, которая часто идентична поискам истины. 
    Как во время НЭПа, так и сейчас свободный рынок ознаменовался не только изобилием товаров в магазинах, но и бандитскими ценами на них, огромным количеством подделок, суррогатов, некачественных продуктов и неноских вещей. 
    По мнению Булгакова, это было подходящее поле деятельности для типов вроде Чичикова и других гоголевских персонажей, которых он перенес в непривычную историческую обстановку. И ничего — при да еще как! 
    В некоем диковинном сне, что увидел автор повести, вся гоголевская ватага — а сюда вместе с героями "Мертвых душ" вошли действующие лица пьес "Ревизор" и "Игроки" — двинулась на Советскую Русь. Последним (конечно, выждав) тронулся Павел Иванович в своей знаменитой бричке. Уже в Москве, пересев в автомобиль, он "ругательски ругал Гоголя": "Испакостил, изгадил репутацию так, что некуда носа показать. Ведь ежели узнают, что я — Чичиков, натурально, в два счета выкинут к чертовой матери". 
    Но страхи оказались напрасными. Чичиков с удивлением обнаружил, что ничего не изменилось: "куда ни плюнь, свой сидит". И тут уж развернулся Павел Иванович вовсю! Брался за все, всех очаровал, насулил огромные прибыли государству и получил несметные авансы — одним словом, подладился и пришелся ко двору. "Уму непостижимо, — замечает Булгаков, — что он вытворял". Основал трест для выделки железа из древесных опилок, накормил Москву колбасой из дохлого мяса, продал Коробочке Манеж, взял подряд на электрификацию. И "по Москве загудел слух, что Чичиков — триллионщик. Учреждения начали рвать его к себе нарасхват и спецы". 
    Конечно, афера лопнула. Ноздрев и Коробочка вновь подвели нашего героя. С писателя поймали все-таки Чичикова и утопили. Историй закончилась. Каковы ее уроки? 
    Первый — несколько неожиданный: классику надо знать. Если бы ответственные люди читали Гоголя, то скандала бы не было. Ни тогда, ни потом, уже в наше время, когда многочисленные Чичиковы "строят" финансовые пирамиды, создают независимые телеканалы, монопольные компании, тресты, а потом благополучно убегают за границу. (Правда, не все. Некоторые благополучно сидят в Думе или на высоких чиновничьих должностях!) 
    Второй — теоретический: пока есть благодатная почва для Чичиковых, они, как Невзоров-Ибикус у А.Толстого, бессмертны. Где служат лицам или ведомствам, а не общему делу, где льстят и угодничают, ища расположения начальства; где сиюминутная выгода важнее государственных интересов, а жажда власти и наживы опережает здравый смысл и гражданскую порядочность — там Чичиковы всегда будут кстати. 
    Родовые черты Чичикова, если обратиться к давней и близкой нашей истории, нетрудно обнаружить у всех, для кого личные или групповые интересы важнее судьбы народа и страны. Конечно, параллели в какой-то мере условны, но механизм при и мошенничества у литературных негодяев и их реальных "прототипов" выразительно схож. Сегодня мы уже знаем немало подробностей жизни и деятельности многочисленных Загорецких, Молчалиных, Шприхов и Чичиковых. И борьба литераторов нескольких поколений, среди которых заметное место принадлежит М.Булгакову, сегодня наполняется особым смыслом и, без преувеличения, может стать одним из слагаемых всеобщей борьбы за обновление общества и очищение будущей жизни от следов, по словам Герцена, "палачества и раболепия".