Словарь назван толковым, потому что он не только переводит одно слово другим, но толкует, объясняет значения слов и понятий, им подчиненных. Слова: живого великорусского языка, указывают на объём и направление всего труда. Прим. автора. Работе над основным трудом своей жизни - «Толковым словарем живого великорусского языка» - Владимир Иванович Даль (1801-1872) отдал свыше полувека. Беспрецедентный по охвату лексического материала (около 200 000 слов) этот словарь стал крупнейшим явлением в русской филологии XIX века. За свой труд Даль был удостоен Ломоносовской премии Императорской Академии наук, а также звания почётного академика. Хотя этот словарь и не является нормативным, а также не лишён мелких погрешностей, по оценке академика В. В. Виноградова, «как сокровищница меткого народного слова Словарь Даля будет спутником не только литератора, филолога, но и всякого образованного человека, интересующегося русским языком». Толковый словарь Даля был, есть и навсегда останется богатейшей сокровищницей русского языка, одной из авторитетнейших энциклопедией славянской истории, быта и нравов столетий.
– А поворотись-ка, сын! Экой ты смешной какой! Что это на вас за поповские подрясники? И этак все ходят в академии? – Такими словами встретил старый Бульба двух сыновей своих, учившихся в киевской бурсе и приехавших домой к отцу. Сыновья его только что слезли с коней. Это были два дюжие молодца, еще смотревшие исподлобья, как недавно выпущенные семинаристы. Крепкие, здоровые лица их были покрыты первым пухом волос, которого еще не касалась бритва. Они были очень смущены таким приемом отца и стояли неподвижно, потупив глаза в землю. – Стойте, стойте! дайте мне разглядеть вас хорошенько, – продолжал он, поворачиваяих, – какие же длинные на вас свитки! экие свитки! таких свиток еще и на свете не было. А побеги который-нибудь из вас! я посмотрю, не шлепнется ли он на землю, запутавшисьв полы. – Не смейся, не смейся, батько! – сказал наконец старший из них. – Смотри ты, какой пышный! а отчего ж бы не смеяться? – Да так; хоть ты мне и батька, а как будешь смеяться, то, ей-Богу, поколочу! – Ах ты, сякой-такой сын! как, батьку? – сказал Тарас Бульба, отступивши с удивлением несколько шагов назад. – Да хоть и батьку. За обиду не посмотрю и не уважу никого. – Как же хочешь ты со мною биться, разве на кулаки? – Да уж на чем бы то ни было. – Ну, давай на кулаки! – говорил Тарас Бульба, засучив рукава, – посмотрю я, что за человек ты в кулаке! И отец с сыном, вместо приветствия после давней отлучки, начали насаживать друг другу тумаки и в бока, и в поясницу, и в грудь, то отступая и оглядываясь, то вновьнаступая.
0,0(0 оценок)
Полный доступ
Позволит учиться лучше и быстрее. Неограниченный доступ к базе и ответам от экспертов и ai-bota
Оформи подписку
