Наступила середина июня. Зной, палящий и нестерпимый, наполнил воздух. Такого жаркого лета не могли припомнить даже старики. Ни разу дождь не освежил землю. Раскалённая земля трескалась, превращаясь в камень или пыль. Каждое утро солнце всходило багровым шаром, и, подымаясь всё выше и выше, совершало свой круг, никому не давая отдохнуть от зноя. Цветы, не защищённые лесом или тенью рощи, страдали от жары. Горох потемнел преждевременно. Трава, скошенная утром к вечеру, становилась сеном. В течение всего дня, коровы и лошади неподвижно стояли в воде. Их можно было принять за окаменелых, если бы они изредка не двигали хвостами, стараясь отогнать мух и оводов, жужжащих в воздухе. Во всей природе, изнемогавшей от зноя, одни насекомые бодрствовали. Как-то странно замер лес. Вдруг небо распахнулось настеж, по нему прокатился гром, и, мало-помалу умолк.
