Сколь бы загадочным явлением ни оставалась молния, все же никому в голову не придет усомниться в ее существовании. Совсем по-иному относятся люди к шаровой молнии: многие и по сей день считают ее оптической иллюзией и даже выдумкой. Рассказы людей, видевших шаровую молнию, наталкиваются порой на такое же недоверие, как рассказы о встречах с летающими тарелками. Так что на поверку шаровая молния – не столько редкое, сколько «социально скрытое» явление: многие очевидцы опасаются недоверия и насмешек и потому предпочитают не распространяться о виденном. Между тем исследования, проведенные только в одной небольшой долине в Австрийских Альпах, показали, что за шестьдесят лет на территории в сто квадратных километров шаровую молнию видели девятнадцать раз. Это значит, что очевидцев шаровой молнии гораздо больше, чем людей, видевших место, в которое ударила обычная молния. В нашей стране данные наблюдений за шаровыми молниями собираются группами ученых при Ярославском государственном университете и при Институте высоких температур в Москве. В банке данных российских ученых есть, в частности, информация о сорока пяти встречах военных самолетов с шаровыми молниями. Шесть из таких «свиданий» закончились гибелью самолетов.
Ученым довелось узнать о губительных свойствах шаровой молнии уже на самой заре эры электричества. Летом 1753 года профессор Рихман погиб, наблюдая в Петербурге за воздействием грозы на изобретенное им устройство для измерения электрического поля в атмосфере. От металлического стержня отделился голубой огненный шар величиной с кулак и ударил Рихмана, стоявшего в шаге от прибора, прямо в лоб. При этом раздался треск, напоминавший выстрел из пистолета.
Шансы увидеть шаровую молнию весьма невелики – примерно один к десяти тысячам. Впрочем, есть люди, для которых встреча с молнией – правда, не шаровой, а обыкновенной – дело привычное. В американца Роя Салливана молния попадала семь раз. Первая встреча стоила ему ногтя на пальце правой ноги, во второй раз молния сожгла ему брови, в третий – кожу на левом плече, в четвертый – волосы, в пятый – опять же волосы, которые успели к тому времени заново отрасти. Последние два попадания пришлись в ногу и в живот. Теперь у Салливана особые, доверительные отношения с молнией. «Перед тем как в меня попадает молния, – рассказывает он, – волосы начинают потрескивать – это верный сигнал. Через две секунды она в меня бьет. Так что спрятаться, сами понимаете, я не успеваю.
Сколь бы загадочным явлением ни оставалась молния, все же никому в голову не придет усомниться в ее существовании. Совсем по-иному относятся люди к шаровой молнии: многие и по сей день считают ее оптической иллюзией и даже выдумкой. Рассказы людей, видевших шаровую молнию, наталкиваются порой на такое же недоверие, как рассказы о встречах с летающими тарелками. Так что на поверку шаровая молния – не столько редкое, сколько «социально скрытое» явление: многие очевидцы опасаются недоверия и насмешек и потому предпочитают не распространяться о виденном. Между тем исследования, проведенные только в одной небольшой долине в Австрийских Альпах, показали, что за шестьдесят лет на территории в сто квадратных километров шаровую молнию видели девятнадцать раз. Это значит, что очевидцев шаровой молнии гораздо больше, чем людей, видевших место, в которое ударила обычная молния. В нашей стране данные наблюдений за шаровыми молниями собираются группами ученых при Ярославском государственном университете и при Институте высоких температур в Москве. В банке данных российских ученых есть, в частности, информация о сорока пяти встречах военных самолетов с шаровыми молниями. Шесть из таких «свиданий» закончились гибелью самолетов.
Ученым довелось узнать о губительных свойствах шаровой молнии уже на самой заре эры электричества. Летом 1753 года профессор Рихман погиб, наблюдая в Петербурге за воздействием грозы на изобретенное им устройство для измерения электрического поля в атмосфере. От металлического стержня отделился голубой огненный шар величиной с кулак и ударил Рихмана, стоявшего в шаге от прибора, прямо в лоб. При этом раздался треск, напоминавший выстрел из пистолета.
Шансы увидеть шаровую молнию весьма невелики – примерно один к десяти тысячам. Впрочем, есть люди, для которых встреча с молнией – правда, не шаровой, а обыкновенной – дело привычное. В американца Роя Салливана молния попадала семь раз. Первая встреча стоила ему ногтя на пальце правой ноги, во второй раз молния сожгла ему брови, в третий – кожу на левом плече, в четвертый – волосы, в пятый – опять же волосы, которые успели к тому времени заново отрасти. Последние два попадания пришлись в ногу и в живот. Теперь у Салливана особые, доверительные отношения с молнией. «Перед тем как в меня попадает молния, – рассказывает он, – волосы начинают потрескивать – это верный сигнал. Через две секунды она в меня бьет. Так что спрятаться, сами понимаете, я не успеваю.
