В древнерусском языке, как и в современном, существовали причастия действительного и страдательного залога, настоящего и времени, но в отличие от нынешнего состояния языка причастия раньше -могли быть не только полными, но и краткими, причем последние и заслуживают внимания прежде всего.
Кроме того, древнерусский язык знал не только склоняемые, но и несклоняемые причастия. К последним относились причастия времени, образовавшиеся от основы времени с суффиксом -л-. Эти причастия могли выступать как в краткой, так и в полной форме (полные формы образовывались от кратких, так же как это было и при образовании полных прилагательных), однако краткие формы использовались главным образом при образовании аналитических форм времени (перфекта, плюсквамперфекта, преждебудущего) и условного наклонения, а пол
ные, употребляясь в качестве определений, рано потеряли связь с глаголом и превратились в прилагательные. Сопоставление форм, например: смелый и (как ты) смел (это сделать), усталый и (я очень) устал, вялый и (цветок на глазах) вял, явно обнаруживает „глагольность" краткой и „прилагательность" полной формы на -л-.
Краткие причастия времени на -л-, не склоняясь, изменялись по родам и числам: смѣлъ, -а, -о; -и, -ы, -а; усталъ, -а, -о; -и, -ы, -а. В дальнейшем во мн. ч. установилась одна форма с окончанием -и, восходящая к старому имен. пад. муж. рода. Именно эти краткие причастия и стали в истории русского языка глагольной формой времени
