Списать, расставить знаки препинания, подчеркнуть грамматические основы, заключить главные предложения в квадратные скобки, а придаточные - в круглые. БЫСТРЕЕ, ЖЕЛАТЕЛЬНО НА ЛИСТОЧКЕ БЫСТРЕЕ

Вчера мой брат простудился, и утром мама не пустила его в школу. Мне было жаль его, но я не знала как ему Лекарства мама купила, еду приготовила и даже уроки разрешила не делать. Но дома сидеть все равно ему скучно. В школе я попросила его друзей, чтоб они мне его развлечь. Они сказали, что справятся с этой Подойдя к нашим окнам , после уроков, они цветными мелками написали ему на асфальте много милых пожеланий. Когда брат подошел к окну, то он очень долго смеялся читая их. Вот что значит друзья!

Я стоял на вершине пологого холма; передо мною — то золотым, то посеребренным морем — раскинулась и пестрела спелая рожь. Но не бегало зыби по этому морю; не струился душный воздух: назревала гроза великая. Около меня солнце еще светило — горячо и тускло; но там, за рожью, не слишком далеко, темно-синяя туча лежала грузной громадой на целой половине небосклона.Все притаилось… все изнывало под зловещим блеском последних солнечных лучей. Не слыхать, не видать ни одной птицы; попрятались даже воробьи. Только где-то вблизи упорно шептал и хлопал одинокий крупный лист лопуха.Как сильно пахнет полынь на межах! Я глядел на синюю громаду… и смутно было на душе. Ну скорей же, скорей! — думалось мне, — сверкни, золотая змейка, дрогни, гром! двинься, покатись, пролейся, злая туча, прекрати тоскливое томленье!Но туча не двигалась. Она по-прежнему давила безмолвную землю… и только словно пухла да темнела.И вот по одноцветной ее синеве замелькало что-то ровно и плавно; ни дать ни взять белый платочек или снежный комок. То летел со стороны деревни белый голубь.Летел, летел — все прямо, прямо… и потонул за лесом несколько мгновений — та же стояла жестокая тишь… Но глядь! Уже два платка мелькают, два комочка несутся назад: то летят домой ровным полетом два белых голубя.И вот, наконец, сорвалась буря — и пошла потеха!Я едва домой добежал. Визжит ветер, мечется как бешеный, мчатся рыжие, низкие, словно в клочья разорванные облака, все закрутилось, смешалось, захлестал, закачался отвесными столбами рьяный ливень, молнии слепят огнистой зеленью, стреляет как из пушки отрывистый гром, запахло серой…Но под навесом крыши, на самом краюшке слухового окна, рядышком сидят два белых голубя — и тот, кто слетал за товарищем, и тот, кого он привел и, может быть Нахохлились оба — и чувствует каждый своим крылом крыло соседа…Хорошо им! И мне хорошо, глядя на них… Хоть я и один… один, как всегда.