Нужно ли искусственно смешивать разные языки, если процесс заимствования происходит всегда и будет идти постоянно? Об этом рассуждает А. Просвирнов в своей статье. Автор ставит очень важную проблему: проблему развития русского языка. Эта проблема актуальна во все времена. Вместе с развитием науки и техники происходит развитие людей и, конечно, их речи. Сегодняшнее В настоящий момент современное общество открыто для международных контактов, поэтому иностранные слова заимствует почти каждый. А. Просвирнов пишет о том, что процесс заимствования неизбежен, но и он должен знать меру, и приводит примеры бессмысленного заимствования слов: Анатоля Курагин – герой Л. Н. Толстого из романа «Война и мир», рассказывающий анекдот на французском, который никому не кажется смешным; Пушкин, использовавший в «Руслане и Людмиле» только три слова, начинающихся на букву «ф», так как подобные являются заимствованными; испортивший альбом барышни Шишков, потому что в нем содержались русские имена, написанные на французском. Автор считает, что учить иностранные языки – дело полезное, но «искусственно смешивать их ни к чему», что «импорт иностранных слов имеет смысл при отсутствии аналогов в русском языке», «из соображений краткости» или же при условии, что они органично вписываются в язык, и надеется, что «мода без всякого чувства меры использовать импортные «сорняки» рано или поздно сойдет на нет». Я согласна с А. Просвирновым, потому что, как говорил А. И. Куприн: «Язык – это история народа. Язык – это путь цивилизации и культуры. Поэтому-то изучение и сбережение русского языка является не праздным занятием от нечего делать, но насущной необходимостью», и считаю, что мы должны чтить свой родной язык и осознавать его ценность. Мою мысль Мое мнение, мою точку зрения доказывает мой (повторение) жизненный и читательский опыт. Без знания элементарных для многих сокращений русских слов посредством использования английских, практически невозможно свободно разбираться в языке Интернета. В первое время мне было чрезвычайно тяжело воспринимать английские слова, переделанные на русский манер, поскольку зачастую пользователи просто неправильно понимали транскрипцию иностранных слов, чем вводили меня в величайший ступор. Я долгое время провела на просторах Интернета*, прежде чем почувствовала себя удобно среди русифицированных английских слов, но до сих пор сильно раздражает некомпетентность некоторых людей в понимании не столько правильности произношения того или иного слова, сколько в обычном понимании их смысла, который – а бывает и такое – коверкают на разный лад. Л. Н. Толстой в романе-эпопее «Война и мир» изобразил примерно такую же картину, когда герои – такие, как Анна Шерер, Анатоля Курагин - беспорядочно: к месту и не к месту - употребляли французские выражения и слова в тех случаях, когда те не несли особой смысловой нагрузки. В этом приеме чувствуется ирония автора над своими героями, обращающихся к пустому и никому не нужному. Мы и сами смеемся над ними, видя, как они самолично ставят себя в глупое положение, только потому, что так было принято в их обществе. Не все, наверное, согласятся с Просвирновым. Вероятно, найдутся те, кто скажет, что не все так плохо – то, во что превращают ныне русский язык люди. Но разве может кого оставить равнодушным необоснованное злоупотребление иностранных слов, порой доведенное до абсурда? Да, кое-кто может сказать: в наше время заимствованные слова играют большую роль, вплоть до того, что их применяют почти везде: в политике, экономике, науке, литературе, кино, радио, Интернете, спорте. А разве не служит доказательством тот факт, что мир не стоит на месте, и наша речь, соответственно, совершенствуется, обогащаясь неологизмами? Разве не убедительно и то, что мы не должны забывать свой язык и чтить его? И уж совсем нужно быть безразличным к своему родному языку, отрицая общеизвестную истину: язык нужно бережно сохранять, как охраняют ценности.
Ошибок очень мало, проставить только три или две запятые, одно повторение, одно лексически неправильно употребленное слово (просторечное).
На четвертый день прямо из совхоза подворачиваю к чайной. Парнишка мой там сидит на крыльце и по всему видать, голодный. Высунулся я в окошко, кричу ему: "Эй, Ванюшка! Садись скорее на машину, прокачу на элеватор, а оттуда вернемся сюда, пообедаем". Он от моего окрика вздрогнул, соскочил с крыльца, на подножку вскарабкался и тихо так говорит: "А вы откуда знаете, дядя, что меня Ваней зовут?" И глазенки широко раскрыл, ждет, что я ему отвечу. Ну, я ему говорю, что я человек бывалый и все знаю.
Зашел он с правой стороны,поехали. Шустрый такой парнишка, а вдруг чего-то притих, задумался и нет-нет да и взглянет на меня из-под длинных своих загнутых кверху ресниц, вздохнет. Такая мелкая птаха, а уже научилась вздыхать. Его ли это дело? Опрашиваю: "Где же твой отец, Ваня?" Шепчет: "Погиб на фронте". – "А мама?" – "Маму бомбой убило в поезде, когда мы ехали". – "А откуда вы ехали?" – "Не знаю, не помню…" – "И никого у тебя тут родных нету?" – "Никого". – "Где же ты ночуешь?" – "А где придется".
Закипела тут во мне горючая слеза, и сразу я решил: "Не бывать тому, чтобы нам порознь пропадать! Возьму его к себе в дети". И сразу у меня на душе стало легко и как-то светло. Наклонился я к нему, тихонько спрашиваю: "Ванюшка, а ты знаешь, кто я такой?" Он и спросил, как выдохнул: "Кто?" Я ему и говорю так же тихо: "Я – твой отец".Боже мой, что тут произошло! Кинулся он ко мне на шею, целует в щеки, в губы, в лоб, а сам, как свиристель, так звонко и тоненько кричит, что даже в кабинке глушно: "Папка родненький! Я знал! Я знал, что ты меня найдешь! Все равно найдешь! Я так долго ждал, когда ты меня найдешь!" Прижался ко мне и весь дрожит, будто травинка под ветром. А у меня в глазах туман, и тоже всего дрожь бьет, и руки трясутся… Как я тогда руля не упустил, диву можно даться! Но в кювет все же нечаянно съехал, заглушил мотор. Пока туман в глазах не побоялся ехать, как бы на кого не наскочить. Постоял так минут пять, а сынок мой все жмется ко мне изо всех силенок, молчит, вздрагивает. Обнял я его правой рукою, потихоньку прижал к себе, а левой развернул машину, поехал обратно, на свою квартиру. Какой уж там мне элеватор, тогда мне не до элеватора было.
