Разберите предложения по членам предложения и составьте схемы:

В отличие от других персонажей «Мертвых душ» — неподвижных, застывших, мертвенных, — Чичиков дан в динамике, в постоянном движении. Его опасность как социального типа заключается в изумительной при к любым жизненным условиям. Например, почти у всех действующих лиц поэмы (даже второстепенных) есть свои индивидуальные неповторимые портреты. Внешность же Чичикова, описанная в самом начале, дает представление лишь о каком-то неопределенном, неуловимом, скользком человеке: «В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод… » По таким «особым приметам» поймать преступника невозможно. Вот Павел Чичиков собирается на бал к губернатору. Он целый час проводит перед зеркалом, изучая различные выражения лица и манеры, чтобы применить их на балу. «Пробовалось сообщить ему (лицу) множество разных выражений: то важное и степенное, то почтительное, но с некоторою улыбкою, то просто почтительное без улыбки; отпущено было в зеркало несколько поклонов в сопровождении неясных звуков, отчасти похожих на французские, хотя по-французски Чичиков ничего не знал вовсе» . 
Гоголь постоянно подчеркивает внешнюю опрятность своего героя, его любовь к чистоте, хорошему модному костюму. Чичиков всегда тщательно выбрит, надушен. Эта внешняя чистота и опрятность Чичикова разительно контрастирует с внутренним миром героя. Внутренняя многоликость Чичикова подчеркивается неопределенной внешностью. 
Подобным же образом строится и язык Чичикова . Он сознательно при к своим собеседникам, ловко подделываясь под их понятия, мгновенно схватывая их уровень сознания и принимая их взгляд на вещи. Это отражается в стиле его разговоров с каждым помещиком. С Маниловым он говорит, как второй Манилов, с Коробочкой почти немедленно принимает фамильярный тон — и т. д. Тем самым проявляются его поразительная гибкость, цепкость, умение найти лазейку в любых обстоятельствах, что и в Чичикову выйти «сухим из воды» даже после краха его предыдущих мошеннических операций. 

Е. И. Ни­ки­ти­на: «Знаки, как и слова, го­во­рят, и мы их чи­та­ем вме­сте со сло­ва­ми. А ино­гда … даже вме­сто слов».

Спра­вед­ли­вость утвер­жде­ния Ни­ки­ти­ной под­твер­жда­ют при­ме­ры из тек­ста М. Алек­се­е­ва. Так, с по­мо­щью вос­кли­ца­тель­ных зна­ков в конце рядом сто­я­щих пред­ло­же­ний №13-15 пе­ре­да­на на­пряжённость мо­мен­та:

Ты… ты за что меня, Вань­ка?! – возо­пил я, за­ды­ха­ясь и от страш­ной боли, и от жгу­чей обиды. – За что-о-о?!

А ты… ты за что?! – в свою оче­редь за­кри­чал Вань­ка и вдруг раз­мах­нул­ся и уда­рил меня в лицо.

В этих же пред­ло­же­ни­ях ис­поль­зу­ет­ся мно­го­то­чие для пе­ре­да­чи на­ка­ла эмо­ций: у маль­чи­шек даже не хва­та­ет слов вы­ра­зить своё воз­му­ще­ние про­ис­хо­дя­щим.

Таким об­ра­зом, права была Е. И. Ни­ки­ти­на, под­чер­ки­вая важ­ную роль зна­ков пре­пи­на­ния в тек­сте.