Где- то раздается второй звонок, паровоз тяжко стукается буферами в вагоны. Он сдержанноо сипит горячим паром, изредка кидая клубы дыма. Платформа постепенно пустеет. Ещё чуть-чуть - и мы плавно трогаемся. В вагоне как-то по-особенному уютно и тепло. Седой старичок-кондуктор неспеша проходит, переписывает билеты. Я до поздней ночи стою в дверях вагона и напряжённо гляжу в окно. Плывут, бегут смутные силуэты холмов и кустарников, мелькают огоньки глухих деревушек. И щурясь от ветра, с грустью гляжу в эту темную даль, где горячо любимая родина мерцает такими бледными, тихими огоньками.
