Объяснить постановку всех знаков препинания (заранее пронумерованы)
Все было - (1) пар над полыньёй, (2) молчанье мельницы пустынной, (3) пересеченный лыжнёй поляны ровности

Идет снег! На улице идет снег! Я сижу у окна и радуюсь, что пришла зима.

Я очень люблю зиму. Мне нравится белый снег, и белые деревья и белые дома. В лесу много снега и я могу кататься на лыжах со своей сестрой. Мы любим играть в снежки. Это так весело. Со своими друзьями каждую зиму мы лепим больших снеговиков. Мы катаемся на санках и иногда играем в хоккей с ншими мальчишками.

Зимой бывает много праздников: мой день рождения и мамин день рождения, Новый год и Рождество, Папин День в феврале. И так много подарков! И так много веселых игр! А еще у нас зимние каникулы. И моя бабушка всегда готовит очень вкусный рождественский торт.

Мама и папа, бабушка и сестра и я очень счастливы. Я считаю, что зима - лучшее время года.

«Правила синтаксиса определяют логическиеотношения между словами, а состав лексикона соответствует знаниям народа, свидетельствует о его образе жизни». 
Примеры из текста: Радушие семьи Житковых изумляло меня. Оно выражалось не в каких-нибудь слащавых приветствиях, а в щедром и неистощимомхлебосольстве. Приходили какие-то молчаливые, пропахшие махор­кой, явно голодные люди, и их без всяких расспросов усаживали вместе с семьёю за длинный, покрытый клеенкой стол и кормили тем же, что ела семья. А пища у нее была простая, без гурманскихпричуд: каша, жареная скумбрия, вареная говядина. Обычно обеда­ли молча и даже как будто насупленно, но за чаепитием становилисьобщительнее, и тогда возникали бурные споры о Льве Толстом, о народничестве. Кроме литературы, в семье Житковых любили математику, ас­трономию, физику. Смутно вспоминаю какие-то электроприборы в кабинете у Степана Васильевича. Помню составленные им учеб­ники по математике; они кипой лежали у него в кабинете. Очень удивляли меня отношения, существовавшие между Сте­паном Васильевичем и его сыном Борисом: то были отношения двух взрослых, равноправных людей. Борису была предоставлена полная воля, он делал что вздумается - так велико было убеждениеродителей, что он не употребит их доверия во зло. И действительно, он сам говорил мне, что не солгал им ни разу ни в чем. Раньше я никогда не видывал подобной семьи и лишь потом, через несколько лет, убедился, что, в сущности, то была очень ти­пичная для того времени русская интеллигентская трудовая семья, щепетильно честная, чуждая какой бы то ни было фальши, строгая ко всякой неправде. Живо помню, с каким восхищением я, трина­дцатилетний мальчишка, впитывал в себя ее атмосферу.