Я согласен с высказыванием известного лингвиста Г. Степанова о том, что «словарь языка свидетельствует, о чём думают люди, а грамматика – как они думают».
Мир вокруг нас слишком сложен и многообразен, поэтому мы не думаем сразу обо всех вещах, а держим в голове лишь несколько проблем. Поэтому, озвучивая свое мнение, мы показываем, что важно в этом мире именно для нас, что именно мы видим вокруг себя, замечаем, чему удивляемся, чем восхищаемся, а что совершенно не приемлем. Так, Б. Васильев, рассказывая своим читателям сюжет о сборе материала для школьного музея героев военных лет, показывает, что для него в этом сюжете важны чувства и переживания действующих лиц. Это и передаёт лексика: эпитеты «нескрываемое недоверие» (предложение №12), «вызывающая агрессия» (предложение №24), метафора «вынули из души».
Автор и сам переживает за своих героев, сочувствует матери, душа которой «ослепла» и «оглохла» из-за черствости троих подростков, и его отношение ко всей этой истории проявляется через выбор грамматических конструкций. Так, разговор подростков и старой женщины не представляет собой диалога с вопросами и ответами в классическом понимании. Среди реплик есть только два вопросительных предложения (№ 20, 24), зато очень много побудительных предложений с глаголами в повелительном наклонении – № 26,31,32. Из-за этого атмосфера посещения воспринимается как недружественная, в чём-то даже угрожающая.
Таким образом, благодаря выбору лексики в тексте проявились те грани ситуации, которые занимали мысли автора в момент написания своего произведения, а в выборе грамматических форм отразилось его отношение, то есть то, «как» он по этому поводу думал.
