Однажды встретились два друга-ветерана 9 мая на Красной площади, и стали друг друга расспрашивать:
-Здравствуй Сергей!
-Здравствуй Владимир! Как поживаешь?
-Да ничего, потихоньку. Ко мне приходят из Дома одиноких ветеранов. Рассказывают разные рассказы, истории по дому, песни военные поют. А ты как?
-А я одиноко живу. Но со следующей недели ко мне будут тоже из приходить. А сегодня я пришёл на Красную площадь парад посмотреть и память почтить нашим же фронтовикам. И вот я тебя, друга с войны встретил. Я даже не ожидал такой радостной встречи! Право, я даже забыл наших товарищей.
-Да... С годами мы становимся забывчивее. Ничего! Сегодня мы сможем встретить наших товарищей. Ну, пойдём, места занимать?
-Пойдём.
В определении «серебряный век» заложен и иной смысл, отражена вторая сторона духовной жизни России рубежа веков. Серебряный век в отличие от пушкинского золотого проходил под знаком луны. Луна в мировой мифологии — это символ ущерба, умирания, и вся культура начала века была пронизана тревожными предчувствиями грядущих страшных лет России. Две эти особенности — бурный расцвет и предощущение близкого краха предопределили развитие русской поэзии серебряного века.
Он начался в 90-е годы XIX века; расцвета, наивысшей точки развития творчество поэтов серебряного века достигло в 1910-х годах: время зрелого творчества А. Блока, А. Белого, 3. Гиппиус, Вяч. Иванова, В. Брюсова. И в те же годы на русском Парнасе появляются новые литературные течения: после безраздельного господства символизма его позиции оспаривают прямые наследники — акмеисты, и прямые оппоненты — футуристы. В эти годы в поэзию активно входят Анна Ахматова, Михаил Кузмин, Николай Гумилев, Осип Мандельштам, Владимир Маяковский, Игорь Северянин, Марина Цветаева, Велимир Хлебников, Сергей Есенин, Николай Клюев, Борис Пастернак. Спорным является вопрос о том, когда же закончился серебряный век русской поэзии. Этой датой можно назвать год 1921 — год трагической гибели двух величайших русских поэтов: А. Блока и Н. Гумилева. О творчестве последнего мне хотелось бы сказать подробнее.
Николай Гумилев вошел в русскую литературу как ученик Валерия Брюсова, поэта-символиста. Однако подлинным его учителем в ранние годы был другой поэт — Иннокентий Анненский. Он был его учителем и в буквальном смысле слова — директором Царскосельской гимназии, в которой учился Н. Гумилев. Ему позднее было посвящено стихотворение «Памяти Анненского», в котором сказано: «Был Иннокентий Анненский последним из царскосельских лебедей». Основные сборники Н. Гумилева — «Романтические цветы», «Жемчуга», «Чужое небо», «Костер» и последний, изданный в последние дни перед смертью поэта — «Огненный столп». Если говорить о поэзии Н. Гумилева, сопоставляя это с тем, что мы знаем о нем из воспоминаний, в том-числе и его собственных, то главную его тему можно определить как тему преодоления. Некрасивый, бледный, слабый здоровьем, он преодолевает
свои изъяны, пускается в рискованные предприятия вроде путешествий в Африку — их он совершил три — или добровольного ухода на войну, где служил разведчиком.
С годами в поэзии Н. Гумилева становится меньше экзотики, но его уважение к сильной, необычной личности остается неизменным. Такие люди не созданы для будничной, повседневной жизни, они ей чужды. К ним относит поэт и себя.
Много стихотворений Н. Гумилев посвятил теме любви. Главная героиня его любовной лирики может принимать различные облики — и сказочной принцессы, и фантастической египетской царицы, и легендарной возлюбленной Данте — Беатриче, и Маргариты из «Фауста» Гете. Особенное место в его поэзии занимают стихотворения, посвященные Анне Ахматовой, с которой поэта связывали сложные, неоднозначные отношения, сами по себе достойные романа. Образ поэтессы предстает перед нами в стихотворениях «Из логова змиева», «Она», «Укротитель зверей» и многих других. Любовь в поэзии Гумилева — это прежде всего страсть, в которой есть черты «поединка рокового». Одно из самых известных его стихотворений о любви — стихотворение «Жираф», в котором унылому и пропитанному туманами миру противостоит мир яркий, мир, в котором царят веселые сказки таинственных стран...
В его поэзии больше зрительных образов, чем звуковых, и его поэтической речи не свойственна напевность, как, например, у Есенина, но необычайная яркость, многоцветие, сила лирического напора делают читателя как бы соавтором поэта, соучастником его размышлений и чувств.
Н. Гумилев стал одним из символов культуры серебряного века.
