Тема: “Частица как часть речи”

Назовите две функции частицы.

Каким членом предложения является частица?

На какие две группы можно разделить все частицы?

Приведите по три примера для каждой группы.

Как различить частицы и омонимичные им самостоятельные части речи?

   Пришла осень, и летнее разноцветье сменяется золотом, пурпуром и серебром. Но и это все невечно, деревья постепенно утрачивают этот богатый убор осени. Конечно, я не могу похвастаться той наблюдательностью, которой отличались наши писатели, в частности К.Паустовский,  К.Аксаков, М.Пришвин. Это все дается от долгого общения с природой, это признает и сам Паустовский, который считал, что человек, «отупевший от скрежета городских улиц», не сможет услышать звуки падающих листьев.    Я могу сказать это и о себе, хотя и сожалею, что такие тайны природа мне еще не открыла. Однако какие-то звуки осени мне удалось услышать. Осенний наряд деревьев и кустов постепенно падает на землю. Особенно сильно листопад проявляется утром после холодной ночи. А вот и  ветерок подул, и медленно пошел золотой дождь. Легкий шелест слышен вокруг. Вся земля устлана сухими разноцветными листьями, мягкими и пухлыми в сырую погоду, так что не слышно даже шелеста  от ног, жесткими, хрупкими, когда утром в воздухе ощущается легкий морозец. Золотые, бурые, багровые листья шуршат под ногами, словно пытаются что-то напоследок мне. Это музыка листопада. Деревья и кусты с каждым днем все более и более принимают монотонно-серую, безжизненную окраску. Черная похолодевшая земля, покрытая опавшей листвой, погружается в крепкий сон.      

Попросите своих знакомых сказать, какой звук им кажется больше — И или О? Ручаюсь, что в большинстве случаев вы получите ответ — О. Спросите, какой звук грубее — И или Р, наверняка скажут — Р. Какой лучше — Д или Ф? Ясно, что Д.

Вспомните, мы говорим «мягкие и твердые согласные». Но ведь звуки нельзя потрогать. Не могут они обладать и ростом, хотя мы привыкли к терминам «высокие» и «низкие» звуки. Видимо, что-то такое есть, что заставляет нас считать, что А приятнее, чем X, О светлее, чем Ы, Р быстрее, чем Ш, Л мягче, чем Б, и т. д. Однако все суждения такого рода очень неопределенны, неустойчивы. Среди ответов на ваши вопросы будет много и прямо противоположных. То есть кто-то скажет, что И грубее, чем Р, или Ы светлее, чем О. Многие вообще скажут, что у звуков нет и не может быть таких признаков и все звуки для нас одинаковы.

— А неужели это так важно? — спросите вы.— Ну, светлый звук или темный, какая разница?
Оказывается, именно в этих свойствах звуков скрыта одна из тайн рождения, жизни и смерти Слова.

Еще в Древней Греции возник знаменитый лингвистический спор о том, как рождаются слова, как даются имена вещам. Одни мыслители древности считали, что имена даются «по соглашению», полностью произвольно, по принципу «как хотим, так и назовем». Другие полагали, что имя каким-то образом выражает сущность предмета, т. е. как бы предопределено для этого предмета заранее, по принципу «каждому — по его свойствам».

Древнегреческий философ Платон выбрал «золотую середину». Да, считает он, мы (коллектив носителей языка) вольны в выборе имени предмета, но это не воля случая, не свобода анархии. Свобода выбора ограничена свойствами предмета и свойствами звуков речи. По мнению Платона, в речи есть звуки быстрые, тонкие, громадные, округлые и т. д. И есть предметы быстрые, тонкие, громадные, округлые и т. д. Так вот, «быстрые» предметы получают имена, включающие «быстрые» звуки; «тонким» предметам подойдут имена с «тонким» • звучанием; в состав имен для «громадных» предметов должны входить «громадные» звуки и т. п. Например, при произношении звука Р язык быстро вибрирует, поэтому Р — «быстрый» звук, и слова, обозначающие быстрое или резкое движение, включают, как правило, этот звук: река, стремнина, трепет, дробить, крушить, рвать, вертеть и т. д. (Заметьте, что примеры Платона в переводе на русский язык подтверждают рассуждения древнегреческого философа — содержат звук Р.)

Но возражавшие приводили контраргументы. Ведь не всегда же, говорили они, слова, обозначающие быстрое или резкое движение, содержат звук Р: мчаться, нестись, скакать, лавина и др. К тому же значение слова может измениться вплоть до противоположного, а звучание останется прежним. Таких случаев в любом языке сколько угодно. Например, в древнем языке, общем для всех славян, слово уродливый обозначало «хорошо уродившийся», но теперь в русском языке урод имеет значение «человек с некрасивой, безобразной внешностью», а в польском языке uroda — «красота». Где же здесь связь звука и смысла?
.