1. Я подошёл к улыбающемуся человеку и протянул ему небольшой конвертик. 2. За оставшимися пассажирами наконец-то приплыла шлюпка. 3. Девчонка медленно подошла к светящемуся шару из нежно-голубого стекла. 4. В колеблющемся свете свечи она увидала какую-то необычную тень. 5. Он непременно будет следить за приближающемся поездом. 6. На прогнувшемся мосту стояли люди в кожаных куртках. 7. Кони остановились перед прогнувшимся мостом и ни за что не хотели заходить на него. 8. Никто не мог успокоить развеселившегося малыша.
Как заметил ещё Фрейд, ни одно слово не говорится просто так, а отражает наши глубинные склонности и влечения. Фрейду принадлежит ещё одно наблюдение на эту тему. По его мнению, “человек, который первым вместо камня бросил в своего противника бранное слово, заложил основы нашей цивилизации“.
То есть словесное оскорбление, ругательство - это символическое замещение физической агрессии, позволяющее разрядить конфликт в бескровной форме.
В подростковом возрасте проблема нецензурной лексики становится особенно острой, ведь в глазах подростка сквернословие — это проявление независимости не подчиниться запретам, то есть символ взрослости. Кроме того, она является знаком языковой принадлежности к группе сверстников, речевой моды. Иногда это подражание молодежным кумирам, например популярным телеведущим, актерам, певцам.
Но мало кто из людей догадывается, что сквернословие, как и хамство, — оружие неуверенных в себе людей. Грубость позволяет им скрыть собственную неполноценность, ведь обнаружить слабость и неуверенность в этом возрасте равносильно полному поражению. Кроме того, старшеклассники стараются бранными словами задеть родителей, шокировать, вывести их из себя, чтобы измерить свою власть над ними и подтвердить собственную эмоциональную независимость от них.
Матерная брань — это не только набор непристойностей. Подобная лексика свидетельствует о духовной болезни человека. Ведь слово — не просто набор звуков, выражающих мысль. Оно очень многое рассказать о нашем душевном состоянии. Как говорил Сократ: «Каков человек, такова его и речь».
