Справа от огорода потихоньку пошептывая и изредка вздрагивая от невзначай налетевшего ветра, темнела ольховая роща. Налево тянулось необозримое поле. Там, где глаз не мог отличать в потемках поле от неба, чуть-чуть мерцал огонек. Неподалеку от меня сидел приятель. Поджав под себя по-турецки ноги и свесив голову, он попросту глядел на щенка.
