В весну эту я особенно привязался к близнецам Помылёвым, Володе и Вене.
Прослышали мы про цирк Дурова, самим захотелось попробовать зверьё научить чему-нибудь. Подходящей скотины в хозяйстве не было. Мы придумали хором: поймать воронёнка, нелетающего, обучить его. В прибрежных кустах найти будущего артиста легко, весна была ранняя, воронята уже оставили гнёзда и жили на земле. По непрерывному пению ворон, наставлявших своих неслухов, мы определились, быстро вышли в район вороньего детского сада. Когда начали отлов, вороны взбесились, на подмогу родителям летели вороны-соседи, а у тех были свои соседи. Крики ловцов, вороний гам взбудоражили идиллию тихого весеннего возрождения. Своего мы добились, воронёнка поймал Володя, получив при этом производственную травму: руки были заняты, отмахиваться не мог, вороны изловчились, сбили шапку и клюнули в голову. Стойким парнем Володя оказался, добычу не выпустил, только с перепуга очень заболела голова. Теперь осаде подвергся дом Помылёвых: добычу мы закрыли в нежилую избу. Воронёнок взгромоздился на подоконник, вороны увидели его и приступили к круговой осаде. Беспрерывное карканье разъярённых ворон и нам надоело. Разрешил кризис Николай Семёнович. Приплыл он на лодке домой, увидел этот цирк и выпустил несостоявшегося артиста. Тот от перенесённого стресса забыл, что не летает, а взял да и улетел.
Мысль и план текста.