Аргументируй свою мысль предложениями из (1 пример+ коментарий), (2 пример+ коментарий)
мы молчали уже минут десять, и я чувствовал себя неудобно. я заметил, что взрослые всегда предлагают чаю, когда им нечего говорить. я сказал: — чаю не хотите? — чаю? нет. лучше я тебе расскажу одну . тебе полезно ее знать. — про эту девушку? — догадался я. — да. про эту девушку. — и сухов начал рассказывать: — это было на войне. меня тяжело ранили в ногу и в живот. когда ранят в живот, это особенно больно. даже пошевельнуться страшно. меня вытащили с поля боя и в автобусе повезли в госпиталь. а тут враг стал бомбить дорогу. на передней машине ранили шофера, и все машины остановились. когда фашистские самолеты улетели, в автобус влезла вот эта самая девушка, — сухов показал на фотографию, — и сказала: «товарищи, выходите из машины». все раненые поднялись на ноги и стали выходить, друг другу, торопясь, потому что где-то недалеко уже слышен был рокот возвращающихся бомбардировщиков. один я остался лежать на нижней подвесной койке. «а вы что лежите? вставайте сейчас же! — сказала она. — слышите, вражеские бомбардировщики возвращаются! » «вы что, не видите? я тяжело ранен и не могу встать, — ответил я. — идите-ка вы сами побыстрее отсюда». и тут снова началась бомбежка. бомбили особыми бомбами, с сиреной. я закрыл глаза и натянул на голову одеяло, чтобы не поранили оконные стекла автобуса, которые от взрывов разлетались вдребезги. в конце концов взрывной волной автобус опрокинуло набок и меня чем-то тяжелым ударило по плечу. в ту же секунду вой бомб и разрывы прекратились. «вам больно? » — услыхал я и открыл глаза. передо мной на корточках сидела девушка. «нашего шофера убили, — сказала она. — надо нам выбираться. говорят, фашисты прорвали фронт. все уже ушли пешком. только мы остались». она вытащила меня из машины и положила на траву. встала и посмотрела вокруг. «никого? » — спросил я. «никого, — ответила она. затем легла рядом, лицом вниз. — теперь попробуйте повернуться на бок». я повернулся, и меня сильно затошнило от боли в животе. «ложитесь снова на спину», — сказала девушка. я повернулся, и моя спина плотно легла на ее спину. мне казалось, что она не сможет даже тронуться с места, но она медленно поползла вперед, неся на себе меня. «устала, — сказала она. девушка встала и снова оглянулась. — никого, как в пустыне». в это время из-за леса вынырнул самолет, пролетел бреющим над нами и дал очередь. я увидел серую струйку пыли от пуль еще метров за десять от нас. она выше моей головы. «бегите! — крикнул я. — он сейчас развернется». самолет снова шел на нас. девушка упала. фьють, фьють, фьють просвистело снова рядом с нами. девушка приподняла голову, но я сказал: «не шевелитесь! пусть думает, что он нас убил». фашист летел прямо надо мной. я закрыл глаза. боялся, что он увидит, что у меня открыты глаза. только оставил маленькую щелочку в одном глазу. фашист развернулся на одно крыло. дал еще одну очередь, снова промазал и улетел. «улетел, — сказал я. — мазила». потом девушка потащила меня дальше. когда она меня дотащила до железнодорожной станции, было уже темно. мы ползли десять часов. *** - вот, брат, какие бывают девушки, — сказал сухов. — один раненый сфотографировал ее для меня на память. и мы разъехались. я — в тыл, она обратно на фронт. я взял фотографию и стал смотреть. и вдруг узнал в этой девушке в военном костюме мою маму: мамины глаза, мамин нос. только мама была не такой, как сейчас, а совсем девчонкой. — это мама? — спросил я. — это моя мама вас? — вот именно, — ответил сухов. — твоя мама.
