музыка, которая вернулась
михаил казиник
дата выпуска: 29.06.2016
в очередном выпуске программы "музыка, которая вернулась" михаил казинник рассказывает об удивительном сотрудничестве двух гениев, прошедшем сквозь время и эпохи. речь пойдёт об альфреде шнитке и его гоголь-сюите для спектакля театра на таганке «ревизская сказка».
«ревизская сказка» театра на таганке ставит перед собой цель – раскрыть зрителю внутренний мир николая васильевича гоголя, показать драму его души. основной упор в спектакле сделан на пластические решения. в спектакле звучат слова из произведения «мертвые души»: «русь! чего же ты хочешь от и зачем все, что ни есть в тебе, обратило на меня полные ожидания очи? » таким образом, в спектакль пробивается главный мотив судьбы самого н. в. гоголя, который задавал вопрос о том, что значит «быть писателем» в нашей стране.
главный герой этой сказки - сам н.в. гоголь в окружении персонажей своих произведений. сюита состоит из 8 частей: "увертюра", "детство чичикова", "портрет", "шинель", "фердинанд viii, "чиновники", "" и "завещание".
«ревизская сказка» неслучайно была до такой степени наполнена музыкой. николай васильевич был человеком музыкальным. он придавал огромное значение этому виду искусства. писатель знал нотную грамоту. по сюжетам его произведений были созданы оперы. творение а. шнитке «ревизская сказка» - это постановка, музыка в которой – неотъемлемая часть, у неё здесь важная роль, ей создаётся на сцене театра необходимое пространство и время действия.
ответ:Фридерик Шопен - автор многочисленных произведений для фортепиано. Крупнейший представитель польского музыкального искусства. По-новому истолковал многие жанры: возродил на романтической основе прелюдию, создал фортепианную балладу, опоэтизировал и драматизировал танцы — мазурку, полонез, вальс; превратил скерцо в самостоятельное произведение. Обогатил гармонию и фортепианную фактуру; сочетал классичность формы с мелодическим богатством и фантазией.
Шопеном написано 25 прелюдий - 24 прелюдии op.28 и еще одна op.45.
Прелюдии op.28 создавались с 1836 по 1839 годы в Париже. В 1838 году Шопен знакомится с известной французской писательницей Жорж Санд (Авророй Дюдеван). Ее личность и ее круг знакомых (она была одним из умнейших людей своего времени, другом Бальзака, Гейне, Делакруа, Мюссе, наставницей, можно сказать, духовной матерью Густава Флобера, воспитанного на ее письмах и уважавшего ее безмерно) - творческих, мыслящих людей Парижа, современный мир высказываемых ими идей - все это вызвало большой интеллектуальный и духовный рост Шопена. Все "вершинные" произведения Шопена были созданы между 1838 и 1847 годами, охватывающими время близости между Шопеном и Жорж Санд.
Романтические и постромантические прелюдии составляют новую разновидность жанра (по сравнению с барочными (баховскими) прелюдиями). Уже у Шопена трактовка прелюдии как самостоятельной лирической миниатюры вступает в противоречие с изначальным качеством - быть вступлением к чему-то. На смену сдержанным или возвышенным аффектам приходят бурные или интимно-нежные излияния, возникает стремление запечатлеть яркий образ (в более тесном смысле), а поэтому тематизм прелюдии становится концентрированным, впитывающим элементы иных жанров: у Шопена—марша, мазурки, хорала, оперной кантилены. В подавляющем большинстве случаев они строятся на едином интонационном материале и выражают одно настроение.
Два предложения прелюдии Шопена 12 + 13 тактов с кульминацией во втором предложении складываются в период повторного строения. Ровные восьмые в медленном темпе вызывают ассоциацию с медленно идущим временем (ход маятника часов), повторяющиеся аккорды в аккомпанементе придают времени "застылость", хроматически спускающиеся голоса "рисуют" утекание энергии, жизненных сил, задержания в гармонии и форшлаги в мелодии звучат как надрывные всхлипы. В тактах 9, 12, 16-17-18 слышны "речитативы" - возгласы отчаяния. Перед двумя последними тактами время вовсе останавливается. Конец прелюдии - три последних "сухих" аккорда - доминанта с задержанием, доминанта и тоника словно бы последнее "Аминь" над могилой.
Прелюдия ми минор своей тональностью, мелодическим голосом, нисходящими хроматизмами в нижних голосах, мерным ритмическим движением (восьмые в медленном темпе) напоминает Crucifixus ("Распят") из Мессы И.С. Баха си минор.
Прелюдия №4 построена по принципу хроматической гаммы. Мелодия правой руки немного статичная, с «плачущими» интонациями малой секунды, что создает атмосферу печали, скорби и трагизма. Басы в левой – мерные, ровные, лишенные какой-либо ритмической экспрессивности. Нисходящее движение аккордов также построено по принципу хроматических ходов. Гармонизация постоянно меняет свою окраску, но довольно долго находится в состоянии неразрешенности – диссонансы меняются один за другим, долго не находя тонического завершения. Так, начальная тоника меняется септаккордом второй ступени, плавно переходит в уменьшенный септаккорд и надолго задерживается в доминантовой группе в разной ее вариантности. Такая доминантовая окраска создает ощущение огромного внутреннего напряжения и неизменной неустойчивости, которую усиливают секундовые интонации в мелодии прелюдии.
Первое предложение так и не пришло в тонику, закончившись доминантовым септаккордом с пропущенной квинтой. И даже начавшаяся тоника в начале второго предложения не дает разрешения, а продолжает тематическую основу, полную трагизма и скорби. Но долго сдерживаемые эмоции ищут выхода, и секундовые «плачущие» вздохи разливаются в широкую по своему диапазону мелодию, сопровождающуюся мощным динамическим усилением. Так буквально врывается кульминация, три такта несдерживаемого потока чувств – и снова застывшая малая секунда и нисходящее движение.
