JANYM, JERDEN BİR SÁTKE QIYLAIYQ. SHAQYRADY AI, SHAQYRYMǴA QARAMAI. QASHÝǴA DAIYN, JARYQQA JAI TARAǴAN.. JANYM, JERDEN BİR SÁTKE QIYLAIYQ... Чья песня? Как оно называется?

При ключе два бемоля

Т53 - си бемоль-ре-фа, Т6 - ре-фа-си бемоль, Т64 - фа-си бемоль-ре

S53 - ми бемоль-соль-си бемоль, S6 - соль-си бемоль-ми бемоль, S64 - си бемоль-ми бемоль-соль

D53 - фа-ля-до, D6 - ля-до-фа, D64 - до-фа-ля

D7 - фа-ля-до-ми бемоль. Разрешается в неполный Т53 - си бемоль (три раза)-ре.

D65 - ля-до-ми бемоль-фа. Разрешается в Т53 - си бемоль (два раза)-ре-фа

D43 - до-ми бемоль-фа-ля. Разрешается в развернутый Т53 - си бемоль-ре-фа-си бемоль

D2 - ми бемоль-фа-ля-до. Разрешается в Т6 - ре-фа-си бемоль (два раза)

Объяснение:

Атлантический океанИспанский камень слепящ и бел, а стены — зубьями пил. Пароход до двенадцати уголь ел и пресную воду пил. Повел пароход окованным носом и в час, сопя, вобрал якоря и понесся. Европа скрылась, мельчась. Бегут по бортам водяные глыбы, огромные, как года. Надо мною птицы, подо мною рыбы, а кругом — вода. Недели грудью своей атлетической — то работяга, то в стельку пьян — вздыхает и гремит Атлантический океан. «Мне бы, братцы, к Сахаре подобраться... Развернись и плюнь — пароход внизу. Хочу топлю, хочу везу. Выходи сухой — сварю ухой. Людей не надо нам — малы к обеду. Не трону... ладно... пускай едут...» Волны будоражить мастера: детство выплеснут; другому — голос милой. Ну, а мне б опять знамена простирать! Вон — пошло, затарахтело, загромило! И снова вода присмирела сквозная, и нет никаких сомнений ни в ком. И вдруг, откуда-то — черт его знает!— встает из глубин воднячий Ревком. И гвардия капель — воды партизаны — взбираются ввысь с океанского рва, до неба метнутся и падают заново, порфиру пены в клочки изодрав. И снова спаялись воды в одно, волне повелев разбурлиться вождем. И прет волнища с-под тучи на дно — приказы и лозунги сыплет дождем. И волны клянутся всеводному Цику оружие бурь до победы не класть. И вот победили — экватору в циркуль Советов-капель бескрайняя власть. Последних волн небольшие митинги шумят о чем-то в возвышенном стиле. И вот океан улыбнулся умытенький и замер на время в покое и в штиле. Смотрю за перила. Старайтесь, приятели! Под трапом, нависшим ажурным мостком, при океанском предприятии потеет над чем-то волновий местком. И под водой деловито и тихо дворцом растет кораллов плетенка, чтоб легше жилось трудовой китихе с рабочим китом и дошкольным китенком. Уже и луну положили дорожкой. Хоть прямо на пузе, как по суху, лазь. Но враг не сунется — в небо сторожко глядит, не сморгнув, Атлантический глаз. То стынешь в блеске лунного лака, то стонешь, облитый пеною ран. Смотрю, смотрю — и всегда одинаков, любим, близок мне океан. Вовек твой грохот удержит ухо. В глаза тебя опрокинуть рад. По шири, по делу, по крови, по духу — моей революции старший брат. 1925