Может быть, кто-то из вас вспомнил о Робин Гуде, кто-то - Жуковского, Пушкина. Но ведь главное в - это рассказ о каких-то событиях - исторических или просто выдуманных, сказочных. И рассказ этот обычно ведётся подробно и обстоятельно, как в былине или в летописи, только , более взволнованно, более романтично, и сюжет более захватывающий. Может быть, некоторые сейчас вспомнили, что слышали ещё и -песни, например, «Лесной царь» Шуберта, на текст великого немецкого поэта Гёте. Или «Ночной смотр» Глинки. Помните, как начинается «Лесной царь»?
Кто скачет, кто мчится под хладною мглой?
Ездок запоздалый, с ним сын молодой...
С самого начала , с первого её тревожного вопроса вы чувствуете напряжённый ритм скачки, волнение и почти страх. Об этом же рассказывает и музыка Шуберта - порывистая, смятенная мелодия и ритмически чёткий аккомпанемент - тревожная скачка.
Но эту музыкальную о страшном лесном царе и его прекрасных дочерях, которые чудятся в бреду больному, умирающему ребёнку, рассказывает словами певец.
А сейчас вам предлагают послушать Шопена, но на сцене только пианист за роялем и больше никого нет. Кто же будет петь? Кто будет рассказывать ? Только рояль.
Существует предположение, что на создание этой Шопена вдохновила поэма польского поэта Адама Мицкевича «Конрад Валленрод», в которой рассказывается о борьбе литовского на рода против тевтонов и о литовском герое, по имени которого названа поэма. Но это только предположение, и это всё, что я могу вам рассказать помимо музыки. А теперь слушайте.
...Медленно и почти спокойно начинается вступление к . И всё же в неторопливом и ровном движении музыки чувствуется особая поэтическая приподнятость, словно кто-то выразительно читает красивые, возвышенные стихи. Такие вступления встречаются часто и в литературных.
...Аккорд, взятый, словно на арфе,- ноты, составляющие аккорд, звучат не одновременно, а как бы переливаются одна в другую - и вы чувствуете, что вступление кончилось.
Появляется тихая и немного грустная мелодия. Грустной она кажется нам ещё и потому, что в ней слышатся как бы лёгкие вздохи. Пульсирующий ритм таких же тихих аккордов создаёт ощущение неясного беспокойства, тревоги... Это как воспоминания о чем-то хорошем, но далёком, позабытом. И волнуют эти неясные воспоминания, и чем-то радуют. И грустно, что это хорошее давно ушло, оставив в памяти только зыбкий, ускользающий след.
Мелодию-воспоминание сменила другая - нежная и грациозная , она похожа на красивый, лирический вальс... впрочем, нет, это даже не вальс, а скорее мазурка, но только мелодия более напевная и одухотворённая, чем просто танец.
...Отзвучала пленительная музыка, и мы снова слышим знакомую тему начала. Только теперь она звучит совсем иначе, словно музыка рассказывает нам о чём-то очень тревожном; и этот рассказ продолжает вторая музыкальная тема. Она тоже изменилась - теперь её не сразу узнаешь. В мощных героически-звучных аккордах слышится радость победы.
Начинается лёгкий и прозрачный вальс - но сразу же музыка вновь становится напряжённой и драматичной - возвращается первая тема, которая гонит прочь счастье и радость. Стремительный бег пассажей... и в ответ мрачные аккорды в басу. В этом пламенном и бурном вихре промелькнули интонации первой темы, но настоящий шквал музыки обрушивается на нас; в нём уже не слышно ни первой, тревожной, ни победной, светлой, второй музыкальных тем. окончена.
