(х + 47 972) : 75 · 600 = 512 400

3 · х – 7 800 = 1 200
(z – 30 985) : 15 = 12 000 – 9 731

(k + 2 958) : 57 = 139

1) областью определения функции являются все действительные числа, значит х принадлежит D(y) и -х принадлежит D(y)
y(-x)=2(-x)^2+6(-x)^3-4(-x)=2x^2-6x^3+4x это не равно y(x) и не равно -y(x), значит функция не чётна не нечётна
2)областью определения этой функции являются все числа, кроме 4 и -4, т.е. она симметрична и х принадлежит D(y)  -x принадлежит D(y)
y(-x)=-x+4/(-x)^2-16=-x+4/x^2-16  это не равно y(x) и не равно -y(x) функция не чётна не нечётна
3)D(y)-все действительные числа, х и -х принадлежат D(y)
y(-x)=-x(3(-x)^7-4(-x)^5)=-x(-3x^7+4x^5)=-x*-(3x^7_4x^5)=x(3x^7-4x^5)=y(x) функция чётная
4)при любом х знаменатель не будет равен 0, значит D(y)-все действительные числа х и -х принадлежат D(y)
y(-x)=5(-x)/(-x)^4+3=-5x/x^4+3=-y(x)  функция нечётная

Прежде всего, случайное совпадение (письмо Чмыхова и приезд Хлестакова).;городские сплетники приводят «неопровержимые» доказательства: «Он! и денег не платит, и не едет... Такой наблюдательный: все обсмотрел... он и в тарелки к нам заглянул...» Это для городничего уже серьезный довод (очевидно, так вели себя те ревизоры, с которыми приходилось иметь дело городничему). ,поначалу молодость Хлес­такова вызывает у городничего надежду: «Молодого скорее пронюхаешь. Беда, если старый черт, а молодой весь наверху». Затем, после неумеренной похвальбы Хлестакова, чутье не позволяет городничему до конца поверить всем этим россказ­ням: «Ну что, если хоть одна половина из того, что он говорил, правда? (Задумывается.) Да как же и не быть правде? Подгу­лявши, человек все несет наружу: что на сердце, то и на язы­ке. Конечно, прилгнул немного; да ведь не прилгнувши не го­ворится никакая речь». Но страх не дает ему сделать верный вывод из своих наблюдений. Тут в полной мере оправдывает­ся русская пословица: «У страха глаза велики».

Главная же причина того, что городничий поверил в значи­тельность Хлестакова, — это его собственная нечистая совесть. Ведь истинный, а не мнимый ревизор обнаружил бы в городе столько злоупотреблений и прямых преступлений власти, что возникающий в сознании городничего призрак Сибири как наказания за его грехи, кажется ему вполне заслуженным. «В эти две недели высечена унтер-офицерская жена! Арестантам не выдавали провизии! На улицах кабак, нечистота!» — сокру­шается он, когда узнаёт, что Хлестаков уже так долго находит­ся в городе. А еще, из жалобы слесарши Февроньи Пошлепкиной, мы узнаём, что городничий, нарушив закон, ее мужу «приказал забрить лоб в солдаты», получив взятку от тех, кто должен был идти в рекруты по очередности.