ответ:Все произведение «Когда твой голос, о поэт…» проникнуто этим ощущением. Поэт предчувствует свою гибель и задается вопросом: кто же воздаст ему заслуженную похвалу? Найдется ли среди современников человек, которого «во глубине сердечной тронет» его смерть? Баратынский искренне считал, что всю жизнь был верен поэтической Музе (Аониде). Он беззаветно служил поэзии и стремился пробудить в человеческих сердцах возвышенные благородные чувства. Поэтому он может надеяться на благодарных сограждан, которые не вследствие официального соблюдения правил приличия, а из чувства уважения помянут его память «нелицемерной панихидой».
Все произведение «Когда твой голос, о поэт…» проникнуто этим ощущением. Поэт предчувствует свою гибель и задается вопросом: кто же воздаст ему заслуженную похвалу? Найдется ли среди современников человек, которого «во глубине сердечной тронет» его смерть? Баратынский искренне считал, что всю жизнь был верен поэтической Музе (Аониде). Он беззаветно служил поэзии и стремился пробудить в человеческих сердцах возвышенные благородные чувства. Поэтому он может надеяться на благодарных сограждан, которые не вследствие официального соблюдения правил приличия, а из чувства уважения помянут его память «нелицемерной панихидой».В заключительной строфе автор сам себе дает неутешительный ответ: «Никто!». Он предчувствует, что единственным упоминанием о его смерти станет своеобразная эпитафия Зоила (мелочного и злобного критика). Образ «кадила» символизирует острые критические высказывания по поводу творчества поэта, которые еще больше отвратят от него внимание читающей публики («чтобы живых задеть»).
Все произведение «Когда твой голос, о поэт…» проникнуто этим ощущением. Поэт предчувствует свою гибель и задается вопросом: кто же воздаст ему заслуженную похвалу? Найдется ли среди современников человек, которого «во глубине сердечной тронет» его смерть? Баратынский искренне считал, что всю жизнь был верен поэтической Музе (Аониде). Он беззаветно служил поэзии и стремился пробудить в человеческих сердцах возвышенные благородные чувства. Поэтому он может надеяться на благодарных сограждан, которые не вследствие официального соблюдения правил приличия, а из чувства уважения помянут его память «нелицемерной панихидой».В заключительной строфе автор сам себе дает неутешительный ответ: «Никто!». Он предчувствует, что единственным упоминанием о его смерти станет своеобразная эпитафия Зоила (мелочного и злобного критика). Образ «кадила» символизирует острые критические высказывания по поводу творчества поэта, которые еще больше отвратят от него внимание читающей публики («чтобы живых задеть»).Стихотворение «Когда твой голос, о поэт…» блестяще иллюстрирует настроение непризнанного обществом поэта.
