„чтобы было если бы в воспитании пети не вмешался дядя максим” владимир короленко слепой музыкант

Дети и взрослые — люди разной расы. Они живут вместе, на одном пространстве, пользуются словами одного языка, но редко понимают друг друга. Бунин показал трагедию такого непонимания. Человек, вырастая, странным образом забывает о своем детстве. Он помнит события, но уже не может вернуться к детскому взгляду на них. Взрослые, обладающие умом и чувством справедливости, понимают это и пытаются как бы заново учить язык детства.  В рассказе " Цифры " автор дает две точки зрения на один и тот же конфликт дяди и маленького племянника. Он точно описывает свои чувства в момент конфликта, подробно объясняет детали происходящего и одновременно анализирует ситуацию как бы из другого времени, когда он смог понять мотивы своих и чужих поступков, дать им правильную оценку. С горечью говорит он о своей гордости, раздражении, которое погасило радость маленького мальчика. Бунин находит точные эпитеты, передающие эмоциональность племянника, его любознательность, энергию, живой характер. И беспощадно анализирует свое поведение, не пытаясь прикрываться словами о воспитании, о том, что детей нельзя баловать. Да, эти слова произносятся в рассказе и автором, и мамой, и бабушкой, но в контексте рассказа все эти теории выглядят издевательством над таинственным процессом познания мира.  Грустно, что человека много лет мучит воспоминание и стыд за свою ошибку. Но ведь большинство .взрослых даже не задумываются, как много боли они мимоходом причиняют детям, как мало настоящей любви и желания понять другого в их отношениях. Рассказ Бунина " Цифры " ненавязчиво, но твердо подводит к выводу: настоящее воспитание — это воспитание счастьем. Важно только понять, что делает ребенка счастливым, и не подменять воспитание давлением и навязыванием своих взглядов на жизнь и счастье

Глава 7. Приступ.
 Всю ночь Гринев не спал, обуреваемый различными мучивши­ми его чувствами. Утром выяснилось, что дорога на Оренбург отрезана, Маша из крепости выехать не успела. На рассвете началась подготовка к штурму. Крепость окружил противник, и начался приступ. Среди осаждавших крепость выделялся человек на белом коне в красном кафтане: это был сам Пугачев. По его приказанию от толпы отделились четверо, в которых осажденные узнали бежав­ших из крепости казаков. Изменники перекинули через забор го­лову местного калмыка Юлая, оставшегося верным властям, и письмо коменданту. Иван Кузьмич прочел его и разорвал, за­тем благословил дочь и простился с женой, велев ей надеть на Машу сарафан. Через несколько минут начался штурм, и крепость была взя­та. Капитан ранен в голову, Гринев схвачен людьми Пугачева. На площади Пугачев принимал присягу. Наскоро сооружалась виселица. Капитан Миронов и бедный поручик Иван Игнатьич были повешены, отказавшись принести присягу самозванцу. С удивлением Гринев увидел стоявшего в рядах бунтовщиков Швабрина, подстриженного в кружок и в казацком кафтане. Потащили на виселицу и Гринева, но в последний момент тот был помилован. Причины помилования были офицеру неясны, он слышал только, что об этом просил Савельич. Жители начали присягать Пугачеву, в его войско стали всту­пать и гарнизонные солдаты. На крыльцо вытащили раздетую Василису Егоровну, обезу­мевшую от вида казненного мужа. Ее ударили саблей по голове, и она мертвая упала на крыльцо. Народ бросился за уезжающим Пугачевым.