Очень большое значение в романе имеет изображение Петербурга. У Достоевского это не город величественных дворцов и палат, фонтанов. Это город с черными лестницами, облитыми дворцами-колодцами, напоминающими душегубку, город облупленных стен, невыносимой духоты и зловония. В этом городе невозможно остаться здоровым, он душит и давит. Не случайно в его описании преобладает желтый цвет – символ болезни, нищеты, убожества жизни. Желтые обои и мебель в комнате старухи-процентщицы, желтая, «похожая на шкаф или сундук» каморка Раскольникова, дома окрашены в желто-серый цвет, желтоватые обои в комнате Сони, «мебель желтого отполированного дерева» в кабинете Порфирия Петровича, желтый цвет обоев в номере гостиницы, где остановился Свидригайлов. Желтый цвет усиливает атмосферу нездоровья, печали, вызывает чувство подавленности и угнетенности.
Дочь Николая Сергеевича и Анны Андреевны Ихменевых. Она — главная героиня романа, многие сюжетные линии связаны с ней. Ее бесконечно любит
Иван Петрович. Его, сироту, «принял из жалости» в свой дом мелкопоместный помещик и управляющий имением князя Валковского Ихменев. «Детей у него была одна только дочь, Наташа, ребенок тремя годами моложе меня. Мы росли с ней как брат с сестрой. О, мое милое детство! Как глупо тосковать и жалеть о тебе на двадцать пятом году жизни и, умирая, вспомянуть только об одном тебе с восторгом и благодарностию!..», — с грустью восклицает повествователь, уже зная и убедившись вполне, что на взаимную любовь надежды нет и не осталось, хотя Наташа успела уже сказать ему «да». Потому что вновь появился в ее судьбе Алеша Валковский, которого отец когда-то «сослал» в деревню, к Ихменеву. И вскоре произошло то, что круто изменило жизнь Ихменевых, превратило их из счастливых людей в «униженных и оскорбленных»: «По всему околодку вдруг распространилась отвратительная сплетня. Уверяли, что Николай Сергеич, разгадав характер молодого князя, имел намерение употребить все недостатки его в свою пользу; что дочь его Наташа (которой уже было тогда семнадцать лет) сумела влюбить в себя двадцатилетнего юношу; что и отец и мать этой любви покровительствовали, хотя и делали вид, что ничего не замечают; что хитрая и "безнравственная" Наташа околдовала, наконец, совершенно молодого человека, не видавшего в целый год, ее стараниями, почти ни одной настоящей благородной девицы, которых так много зреет в почтенных домах соседних помещиков. Уверяли, наконец, что между любовниками уже было условлено обвенчаться, в пятнадцати верстах от Васильевского...»
