Нужно озоглавить каждую главу в рассказе «левша»

1) Никогда, хозяйственных, сейчас, чтобы, ловили, выйти.

2) Кошки заскребут на душе - значение: ощущение тоски и грусти, печали в душе человека из-за каких-то событий. Автор исп. этот фразеологизм, т.к. он тесно переплетается с предложенным текстом, где речь идёт о кошках.

3) Казах, например, увидев кошку в доме понравившейся казашки, начинает сомневаться в верном выборе менее молодой  невесты.

Но люди, что держат в своих домах кошек, иногда добрее тех, кто живёт без животных.

А вот выбор людьми кошек основывается на внешнем виде питомца, является он более или менее пушистым, выше или ниже, старше или младше, чем другие его сородичи.

1.Коротенький, но такой ёмкий рассказ. О жизни и о смерти, о любви и о прощении, о вечном и о преходящем, о настоящем и о мимолётном, о людях и людях... 2.О том, что мы часто бываем сострадательны к чужим или к людям вообще, но как при этом на деле оказываемся равнодушны или непростительно холодны к тем, кто ближе всего.3.Катерина Петровна, Настя, её дочьТихон-сторож при пожарном сарае по хозяйствуКатерине Петровне;почтальон Василийскульптор Тимофееви Манюшка, дочь колхозного сапожника4.Автор сопоставляет Настю и молоденькую учительницу.Душевная чуткость учительницы контрастна настиной душевной глухоте, настиному "недочувствию".Вероятно, смерть старой одинокой женщины, по сути брошенной своей дочерью, послужит уроком молоденькой учительнице, недавно приехавшей в деревню: ведь в городе у нее осталась мать, "вот такая же маленькая, вечно взволнованная заботами о дочери и такая же совершенно седая.5В Заборье Настя приехала на второй день после похорон. Она застала свежий могильный холм на кладбище – земля на нем смерзлась комками – и холодную темную комнату Катерины Петровны, из которой, казалось, жизнь ушла давным-давно.
В этой комнате Настя проплакала всю ночь, пока аа окнами не засинел мутный и тяжелый рассвет.
Уехала Настя из Заборья крадучись, стараясь, чтобы ее никто нз увидел и ни о чем не расспрашивал. Ей казалось, что никто, кроме Катерины Петровны, не мог снять с нее непоправимой вины, невыносимой тяжести.