Что имеет в виду крёстной Дроссельмер, когда говорит <<Ах, милая Мари, тебе дано больше, чем мне и всём нам,>>?

ответ:

глазами странников-мужиков, ищущих ответа на вопрос, «кому на руси жить хорошо» , некрасов показал всю неудовлетворенность реформой 1861 года, когда было осуществлено «освобождение крестьян от земли» , когда «крестьян заставляли платить не только за свою землю, но и за свою свободу» .  

в поисках счастья и счастливых странники всюду видят лишь бедственное положение трудового народа, во всей своей убогости и неприглядности встает «счастье мужицкое» , «дырявое, с заплатами, горбатое, с мозолями» . «счастье» народное, смешанное с потом и кровью, лучше всего само может рассказать о жизни народа.  

непрочно «счастье» пятирублевого заработка молодого плечистого каменотеса, встающего «до солнышка» и работающего «до полуночи» , «счастье» каменщика, надорвавшегося на непосильной работе и вернувшегося умирать на родину, «счастье» бывшего в двадцати сражениях, прошедшего через лишения и испытания мирного времени и все-таки оставшегося в живых солдата. но что же тогда «несчастье» , если подобный каторжный труд можно назвать счастьем?  

отзвонили похоронную по прежней помещичьей жизни, разрушаются дворянские усадьбы, но возле крестьянина по-прежнему стоят «три дольщика: бог, царь и господин» . «трещит крестьянский пуп» от непосильной работы. как и раньше, крестьянин «до смерти работает, до полусмерти пьет» . еще более ужасно положение женщины-крестьянки, находящейся под двойным гнетом: крепостным и семейным

объяснение:

Герой романа Мигеля де Сервантеса Дон Кихот стал всемирно известен еще при жизни автора. Простому народу очень понра­вился образ благородного рыцаря, путешествующего по Испании своего воображения. 

Мне тоже образ Дон Кихота кажется очень интересным и не­обычным. В хитроумный идальго вел кое-какое хозяй­ство, пользовался заслуженным авторитетом у соседей, любил охо­ту. Однако, перечитав уйму рыцарских романов, герой вообразил себе, «будто все это нагромождение вздорных небылиц — истин­ная правда, что для него в целом мире не было уже ничего более достоверного». И вот, превратившись в отважного рыцаря, Дон Кихот отправляется в путь — навстречу «подвигам». 
Все встреченные им по дороге люди принимают его за сума­сброда, чудака, помешанного, потому что в тощей кляче никто, кроме хозяина, не может разглядеть благородного коня, а в мель­ницах — великанов. 

Однако так ли уж смешон и глуп Дон Кихот, как это может показаться с первого взгляда? Неужели советы, даваемые им Санчо Пансе, который вдруг стал губернатором, звучат из уст сумасшедшего? Неужели «Дон Остолоп» стал бы рисковать, если не жизнью, то собственным здоровьем, во имя защиты чести и справедливости, жертвовать собственным покоем и благосо­стоянием, чтобы бедным и угнетенным, обиженным и гонимым? Благородство и порядочность, глубокое чувство соб­ственного достоинства Дон Кихота не могут не вызвать нашего уважения. 

Так кто же он — благородный рыцарь или сумасброд? Я бы назвала Дон Кихота удивительным мечтателем, родившимся не всвое время. И поэтому мне его жаль.