Из озера поднимается Весна-Красна, окруженная цветами. Сегодня – её последний день в этих местах. Завтра наступает лето, и править здесь будет бог Ярило.
Снегурочка жалуется матери:
Кругом меня все любят, все счастливы
И радостны, а я одна тоскую;
Завидно мне чужое счастье, мама.
Хочу любить – но слов любви не знаю,
И чувства нет в груди; начну ласкаться –
Услышу брань, насмешки и укоры
За детскую застенчивость, за сердце
Холодное. Мучительную ревность
Узнала я, любви еще не зная.
Отец-Мороз, и ты, Весна-Красна,
Дурное мне, завистливое чувство
Взамен любви в наследство уделили;
В приданое для дочки положили
Бессонные томительные ночи
И встречу дня без радости. Сегодня,
На ключике холодном умываясь,
Взглянула я в зеркальные струи
И вижу в них лицо свое в слезах,
Измятое тоской бессонной ночи.
И страшно мне: краса моя увянет
Без радости. О мама, дай любви!
Любви , любви девичьей!
Весна напоминает Снегурочке пророчества отца-Мороза: любовь станет ей погибелью. Но девушка настаивает: «Пусть гибну я, любви одно мгновенье дороже мне годов тоски и слез».
Весна надевает на голову дочери венок из цветов, и душу Снегурочки охватывает любовная страсть. Она зачарованно глядит на лес, озеро, кусты и траву. Ей кажется, что все они оделись новой красой.
Весна желает Снегурочке сегодня же найти себе юношу по сердцу, но велит до утра спешить домой, чтобы не попасть на рассвете под лучи Солнца-Ярилы. От них жар в её сердце начнёт кипеть так, что она растает. Весна прощается с дочкой и спускается в озеро с тревожным предчувствием в душе.
Снегурочка бежит по лесу, впервые ощущая себя взрослой, а не ребёнком. Навстречу выходит Мизгирь и вновь с мольбой бросается к ней. Снегурочка и Мизгиря видит по-новому: смелость его взора и гордая осанка теперь несказанно чаруют её. Снегурочка бросается к Мизгирю на грудь и говорит, что согласна стать его женой – только пусть он побыстрее уводит её из леса, пока не взошло зловещее солнце
Вероятно, самая известная битва в истории Древней Греции — это Битва при Фермопилах, случившаяся в 480 году до нашей эры, когда спартанский царь Леонид и триста его воинов героически отбили атаки огромной армии персов (во главе с Ксерксом) и Грецию от разгрома и порабощения. «300 спартанцев» и «Фермопилы» уже несколько веков выступают символом героического сопротивления превосходящим силам противника — последний раз этот сюжет был разыгран в блокбастере «300» Зака Снайдера
Однако и Геродот, и другой древнегреческий историк, Эфор Кимский, от которых мы получили основные сведения об этом сражении (версия Эфора сохранилась в переложении Диодора Сицилийского), описывали его не совсем так. Во-первых, сражение было проиграно — грекам удалось лишь ненадолго задержать Ксеркса. В 480 году персидский царь и его союзники успели завоевать большую часть Эллады, и лишь спустя месяц, в сентябре 480 года, греки разгромили их при Саламине (на море), а через год — при Платеях (на суше). Во‑вторых, там были не только спартанцы — войска к ущелью послали разные греческие полисы, в том числе Мантинея, Аркадия, Коринф, Феспии и Фокида, и в результате первый натиск врага отражали не триста, а от пяти до семи тысяч воинов. Даже после того, как Эфиальт (гражданин фессалийского города Трахина) показал персам, как окружить греков, и Леонид отпустил большинство воинов по домам, чтобы не обрекать их на неизбежную гибель, общая численность отряда все равно доходила до тысячи человек: гоплиты из беотийских полисов Фивы и Феспии решили остаться, так как персидская армия неизбежно должна была пройти через Беотию (пелопоннесцы — мантинейцы, аркадцы и другие — понадеялись, что Ксеркс не дойдет до их полуострова). Впрочем, возможно, беотийцы действовали не из рациональных соображений, а решили умереть смертью героев, так же как воины Леонида.
Так почему же в народных представлениях сохранилось предание только о 300 спартанцах, хотя античные историки подробно перечисляют всех членов эллинского войска? Наверное, дело в привычке видеть только основных персонажей и забывать второстепенных. Но современные греки решили восстановить справедливость: возле памятника спартанцам (бронзовой статуи Леонида) они в 1997 году поставили монумент в честь 700 феспийцев
