Встреча Эгля с Ассоль произошла в теплый летний день. Сначала девочка подумала, что перед нею сидит у берега на камне волшебник, настолько необычна была его одежда, да и весь внешний вид. Белые волосы падали на плечи старика, его лицо было добродушным, а глаза весело отливались стальным цветом. В седой бороде старца играли солнечные лучи. По одежде Эгль был похож на охотника, но белый воротник, галстук и пояс выдавали в нем горожанина. Старец путешествовал по деревням и селениям, записывая народные сказки, предания и песни. Род его занятий выдавала речь, в которой он употреблял имена сказочников, таких как братья Гримм, Андерсен.
Сам себя собиратель сказок описывал как поэта в душе, никогда не писавшего стихи. Сидя на берегу и рассматривая игрушечное судно с алыми парусами, он не сразу заметил девочку, бежавшую вдоль ручья. Сначала Асоль отнеслась к старцу с опаской. Но в ходе их беседы на поняла, что ей не стоит боятся веселого сказочника. Эгль был добр и мудр, хорошо знал и понимал людей. Поэтому он смог найти в Ассоль «что-то особенное»: девочку, не смирившеюся со своей судьбой»,ждущую от жизни чуда. Зная, что мечты всегда воплощаются в реальность, он подарил Ассоль прекрасную мечту, которой суждено было сбыться.
В лице девочки старый сказочник увидел «невольное ожидание прекрасного». Эглю очень хотелось, чтобы судьба Ассоль была наполнена радостью и счастьем. Поэтому старый сказочник рассказ ей легенду о корабле с алыми парусами и о принце, который станет ее суженным. И Ассоль поверила в его слова.
Инверсии – “зелень мертвую“, “вихорь черный”.
Объяснение:
"Инве́рсия в литературе (от лат. inversio «переворачивание; перестановка») — нарушение обычного порядка слов в предложении."
Александр Пушкин
Анчар
В пустыне чахлой и скупой,
На почве, зноем раскаленной,
Анчар, как грозный часовой,
Стоит — один во всей вселенной.
Природа жаждущих степей
Его в день гнева породила,
И зелень мертвую ветвей
И корни ядом напоила.
Яд каплет сквозь его кору,
К полудню растопясь от зною,
И застывает ввечеру
Густой прозрачною смолою.
К нему и птица не летит,
И тигр нейдет: лишь вихорь черный
На древо смерти набежит —
И мчится прочь, уже тлетворный.
И если туча оросит,
Блуждая, лист его дремучий,
С его ветвей, уж ядовит,
Стекает дождь в песок горючий.
Но человека человек
Послал к анчару властным взглядом,
И тот послушно в путь потек
И к утру возвратился с ядом.
Принес он смертную смолу
Да ветвь с увядшими листами,
И пот по бледному челу
Струился хладными ручьями;
Принес — и ослабел и лег
Под сводом шалаша на лыки,
И умер бедный раб у ног
Непобедимого владыки.
А царь тем ядом напитал
Свои послушливые стрелы
И с ними гибель разослал
К соседям в чуждые пределы.
1828 г.
