Вообще, Чичиков – человек вовсе не глупый. Следуя совету отца, главным и единственным другом он сделал деньги. Добывал он их «очень выгодно», хотя и не без хитрости: еще в школе он, получая угощенье, припрятывал его, а потом продавал. Он умело вел себя перед преподавателем, располагая того к себе, чем заслужил отличное к себе отношение. Затем, когда Чичиков пошел на службу, он сразу же возымел успех. Его бойкость в делах и приятность в поступках сыграли свое дело. Тогда он и задумал свою первую аферу. Но она, как мы знаем, не удалась. Другой человек отчаялся бы, бросил бы все – другой, но не Чичиков. Он был крепкий орешек, человек «невероятной силы характера», человек решительный и очень терпеливый. Он мог долго и упорно трудиться, притворяться, играть определенную роль, и, в конце концов, добиться своей цели. В пример, подтверждающий его терпеливость можно привести хотя бы то, как он тренировал мышь, чтобы продать ее по хорошей цене.
Да, опять продать. По хорошей цене. Конечно, деньги играли огромную роль в жизни Чичикова. Гоголь хотел показать это, показать, что в России созревает совершенно новый класс – класс предпринимателей. Он говорит о своем герое как о расчетливом человеке, который видит мир, где правят деньги, который обманывает, который использует других людей.
Но Чичиков, по-моему, является лишь одним из первых представителей этого нового класса. Ведь он еще не тот, кто живет в расчетах, постоянно перебирая свои деньги и думая лишь о них, он еще не тот ограниченный приобретатель. В нем еще горит та непостижимая страсть к существованию, к действию, свойственная лишь живому человеку. К тому же, у Чичикова есть цель, причем такая, какая может быть только у настоящей души. Он хочет завести семью. Он подумывает «о бабенке, о детской, о многом приятном». И это делает его человеком, у которого есть сердце.
Замыслом Гоголя было очистить душу Чичикова во втором томе своей поэмы. Но он ведет к этому нес, читателей, уже в первом: хотя автор показывает «отталкивающие» качества Чичикова, он все же говорит о нем с надеждой. И посему я уверена, что Чичиков, несмотря ни на что, все-таки живая душа.
