ЦИТАТНЫЙ подробный план повести "Борьба за огонь"
Часть первая
Глава 3:в логове медведя ​

ОЧЕНЬ КРАТКО Мальчику из богатой семьи нравится белый пудель, с которым выступают бродячие артисты. Собаку уговаривают продать, затем крадут. Маленький акробат вызволяет пса.

По Крыму путешествует маленькая бродячая труппа: шарманщик Мартын Лодыжкин со старой шарманкой, двенадца­тилетний мальчик Сергей и белый пудель Арто.

В этот день артистам не везёт. От дачи к даче они обходят весь посёлок, но ничего не зарабатывают. На последней даче с табличкой «Дача Дружба» Мартын надеется на удачу. Артисты уже готовы для выступления, как вдруг из дома выскакивает мальчик лет восьми, а за ним ещё человек шесть. Мальчик визжит, катается по полу, дрыгает руками и ногами, а остальные уговаривают его принять микстуру. Мать мальчика хочет прогнать артистов, но мальчик изъявляет желание увидеть представление.

После выступления мальчик требует, чтобы ему купили пуделя. Мать предлагает за Арто немыслимые деньги, но Лодыжкин отказывается продавать друга. Прислуга выгоняет артистов на улицу.

Через некоторое время бродячую труппу находит дворник дачи «Дружба». Он сообщает, что барыня даёт за пуделя триста рублей, и подкармливает Арто колбасой. Столько стоит трактир, но Лодыжкин непреклонен. После скудного ужина артисты засыпают. Перед сном Лодыжкин мечтает, как купит Серёже красивое трико, в котором мальчик будет выступать в цирке. Проснувшись, они обнаруживают, что Арто исчез. Лодыжкин понимает, что без собаки они не смогут много заработать, но в полицию не заявляет, поскольку живёт по чужому паспорту.

Серёжа вспоминает о дворнике дачи «Дружба» и догадывается, что это он сманил Арто. Артисты останав­ливаются на ночлег в кофейне. Далеко за полночь Серёжа выходит на улицу. Дойдя до дачи, он перелезает через изящный чугунный забор. В одной из пристроек возле дома Серёжа находит Арто. Увидев мальчика, Арто начинает громко лаять и будит дворника. Испугавшись, Серёжа бросается прочь, а Арто бежит за ним. Интуитивно мальчик находит в заборе лазейку. Подхватив пуделя, маленький акробат перелезает через стену и спрыгивает на дорогу, а дворник остаётся в саду.

В кофейне Арто отыскивает среди спящих постояльцев Лодыжкина и облизывает ему лицо. Хорошенько расспросить Серёжу старик не успевает — тот крепко засыпает.

Объяснение:

Хорошее отношение к лошадям (1918) Стихотворение написано в период Гражданской войны. Это было время разрухи и голода, революци­онного террора и насилия. Произведение Владимира Маяковского — призыв к милосердию и восстанов­лению человеческих отношений. Упавшая лошадь заставляет вспомнить забитую клячу из романа Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание», сим­волизирующую положение «униженных и оскорб­лённых ». Начало стихотворения можно назвать камертоном, который настраивает восприятие читателя: «Гриб. / Грабь. / Гроб. / Груб». Подчёркнутая аллитерация этих строчек вызывает ассоциации со смертью, гра­бежами, жестокостью и грубостью. В то же время это звукопись, изображающая цокот лошадиных подков. События, описанные в стихотворении, можно пересказать в нескольких словах. В Москве, возле Кузнецкого моста (это название улицы), поэт увидел лошадь, которая упала на скользкой мостовой. У собравшихся зевак происшествие вызвало злорад­ный смех, и лишь поэт посочувствовал несчастному животному. От ласкового слова лошадь нашла в себе силы подняться и идти дальше. В стихотворении можно чётко выделить вступле­ние, основную часть и заключение. В самом начале использована необычная метафора, которая изображает место происшествия — улицу: Ветром опита, льдом обута, улица скользила. «Ветром опита» — это улица, напоенная сырым, холодным воздухом; «льдом обута» — означает, что лёд покрыл улицу, как бы обул её, поэтому она стала скользкой. Использована ещё и метонимия: на самом деле не «улица скользила», а поскальзы­вались прохожие. Следует отметить также, что улица в раннем твор­честве Маяковского часто была метафорой старого мира, обывательского сознания, агрессивной толпы (например, в стихотворении «Нате!»). В рассматриваемом произведении поэт изображает уличную толпу ещё и праздной, и разодетой: «штаны пришедшие Кузнецким клёшить». Клёшитъ — неологизм Маяковского от слова «клёш». Клёш (то есть модные в то время широкие брюки) служит средством социальной характери­стики толпы. Поэт изображает сытых обывателей, ищущих развлечений. Просторечное слово сгрудились озна­чает: собрались в кучу, как стадо. Страдания жи­вотного вызывают у них лишь смех, их выкрики подобны вою. Далее автор использует антитезу, противопостав­ляя лирического героя толпе: Смеялся Кузнецкий. Лишь один я голос свой не вмешивал в вой ему. Поэт удручён увиденным. Его взволнованность передана паузами: «Подошёл / и вижу / глаза ло­шадиные…». Тоска переполняет душу лирического героя. Противопоставление поэта толпе не случай­ное — Маяковский рассказывает не только о про­исшествии на Кузнецком мосту, но и о себе тоже, о своей «звериной тоске» и об умении преодолевать её. Плачущая лошадь — своеобразный двойник автора. Измученный поэт знает, что нужно найти в себе силы продолжать жить. Поэтому он обращается к лошади как к товарищу по несчастью: Деточка, все мы немножко лошади, каждый из нас по-своему лошадь. Основную нагрузку в стихотворении несут на себе глаголы действия. Весь сюжет можно описать с цепочки глаголов: грохнулась — сгруди­лись — подошёл — рванулась — пошла — пришла — стала (в стойло). Оптимистичны завершающие строки стихотво­рения: И всё ей казалось — она жеребёнок, и стоило жить, и работать стоило. Через нехитрый сюжет Маяковский раскрывает одну из важнейших тем поэзии — тему одиночества. Но поэт делает это по-своему — в системе эстетики футуризма, нарушавшей все привычные законы стихосложения. Стихи, с графики разбитые на инто­национные отрезки, получают свободную непри­нуждённость. Автор использует самые разные виды рифм: усе­чённые неточные (плоше — лошадь; зевака — за­звякал); неравносложные (в шерсти — в шелесте; стойло — стоило); составные (в вой ему — по-своему; один я — лошадиные; в няньке — на ноги). Есть омонимическая рифма: пошла (краткое прилагатель­ное) — пошла (глагол). Есть и звуковая перекличка внутри строки (голос свой не вмешивал в вой). Эти рифмы как бы оттеняют два мира — мир поэта и мир равнодушной, чёрствой толпы. Ритм стихотворения тоже разнообразный — от громкого скандирования до негромких лирических отступлений.