ИЗ СТИХОТВОРНОГО ТЕКСТА ВЫПИШИТЕ ВСЕ ВОЗМОЖНЫЕ ЭПИТЕТЫ, МЕТАФОРЫ, СРАВНЕНИЯ, ОЛИЦЕТВОРЕНИЯ Выхожу я в путь, открытый взорам,

Ветер гнет упругие кусты,

Битый камень лег по косогорам,

Желтой глины скудные пласты.

Разгулялась осень в мокрых долах,

Обнажила кладбища земли,

Но густых рябин в проезжих селах

Красный цвет зареет издали.

Вот оно, мое веселье, пляшет

И звенит, звенит, в кустах пропав!

И вдали, вдали призывно машет

Твой узорный, твой цветной рукав.

Кто взманил меня на путь знакомый,

Усмехнулся мне в окно тюрьмы?

Или — каменным путем влекомый

Нищий, распевающий псалмы?

Нет, иду я в путь никем не званый,

И земля да будет мне легка!

Буду слушать голос Руси пьяной,

Отдыхать под крышей кабака.

Запою ли про свою удачу,

Как я молодость сгубил в хмелю...

Над печалью нив твоих заплачу,

Твой простор навеки полюблю.

Много нас — свободных, юных, статных —

Умирает, не любя...

Приюти ты в далях необъятных!

Как и жить и плакать без тебя!

Андрий – младший сын Тараса Бульбы. Он вместе со своим старшим братом Остапом окончил Киевскую бурсу, где учился охотно, без напряжения, мечтал о подвигах и сражениях. Он был изобретательнее, чем его брат, умел увёртываться от наказания. 
     В отличие от Остапа Андрий был более привязан к мирной жизни, полной разнообразных наслаждений. С самой ранней юности он начал ощущать «потребность любви». Именно любовь заставляет Андрия совершить преступление, перейти на сторону врага. Для него воплощением любви становиться прекрасная панночка: «Кто сказал, что моя отчизна Украина? Кто дал мне её в отчизны? Отчизна есть то, чего ищет душа наша, что милее для неё всего. Отчизна моя – ты!... и всё, что ни есть, продам, отдам, погублю за такую отчизну!» Андрий готов был служить паночке до последней капли крови. Из - за любви козак предаёт свою отчизну: «А что мне отец, товарищи и отчизна? Так если ж так, вот что: нет у меня никого! Никого, никого!». Андрий отказался от своей родины, от верности своему народу, от отца и брата. 
     Андрий начинает сражаться на стороне врага против своих вчерашних друзей соратников. Смерть выступает достойным наказанием для человека, совершившего такое предательство. Тарас убивает своего сына и долго смотрит «на бездыханный труп» Андрия, который «был и мёртвый прекрасен». Андрий погиб за свою любовь, судьба его была трагична.

Гениальное стихотворение М.Ю.Лермонтова, напи­санное в 1837 году, — это поэма о бессмертном народном подвиге. И вместе с тем это слово грусти и тоски о невозвратимых героических днях.

Историческое значение «Бородино» состоит в том, что в этом произведении со всей настойчивостью, со всей поэтической определенностью поэт утверждает мысль о народе как главном деятеле всемирной истории.

У Лермонтова о подвиге народа, о великом историчес­ком сражении рассказывает рядовой участник боя, простой солдат. И — главное — его рассказ, простой и непосредст­венный, всегда на высоте происшедшего. В рассказе сол­дата подвиг народа не только не снижен в своем значении, не только не распался на «случаи» и частности, а, наоборот, обрел удивительную цельность. В нем отдельное, частное объединено общей идеей.

Ребята! Не Москва ль за нами?

Умремте ж под Москвой,

Как наши братья умирали!

Эта патриотическая идея, освещая весь рассказ солда­та, дает содержание и смысл происходящему.

Будучи рассказом рядового участника событий о вели­ком историческом свершении, «Бородино» Лермонтова является автобиографией народного подвига. Оно показы­вает одновременно, как возросло народное самосознание, как народ включается в историческую работу мышления, как глубоко и верно осмысливает он историю и чувствует биение ее пульса. Солдат сумел в своем рассказе увидеть не просто батарею, на которой был, и не только один участок боя. Самое поразительное у лермонтовского сол­дата — это то, что он видит все — видит историю. Но не с командного пункта и не с вершины вечности, а со своей батареи.

В этом и состоит философское значение поэмы Лер­монтова как поэмы о народном самосознании.

Поэт полностью перевоплотился в простого батарейца Бородинской битвы. Ни тени фальши, ни малейшей на­тяжки, ничего навязанного, ничего навязчивого — все святая простота, правда, естественность.