Чи був пожежний Гай Монтер щясливим​

Отечественная поэзия второй половины XX в

Трудности осмысления

История русской поэзии XX в. еще не написана, хотя на подступах к решению этой важной задачи сделано немало. Особенно «не повезло» середине и второй половине столетия, которые, если и уступают началу века по количеству и масштабу поэтических явлений, ярких художнических индивидуальностей, тем не менее тоже заслуживают серьезного читательского и исследовательского внимания.

Если представить драматический путь русской поэзии этого периода в реальности, нельзя не видеть всей сложности движения ее главных потоков: «официального», «неофициального», зарубежного – их расхождения и взаимодействия, их не воссоединения во второй половине 1980-х гг. В каждой из этих основных ветвей по-своему реализовалось творческое освоение опыта и традиций отечественной и мировой литературы. В том числе особенно – поэзии Золотого и Серебряного веков.

В осмыслении процесса развития отечественной поэзии 1940-2000-х гг. важную роль играет изучение эволюции поэтических жанров и стилей, проявления характерных черт в развитии лирики и поэмы, авторской песни и рок-поэзии, формирования различных течений, придерживающихся национальных традиций, и групп, ориентирующихся на опыт авангарда и постмодернизма, творческих поисков поэтов разных поколений и художнических индивидуальностей: А. А. Ахматовой и Б. Л. Пастернака, Н. А. Заболоцкого и А. Т. Твардовского, Л. М. Мартынова и А. А. Тарковского, Д. С. Самойлова и Б. Ш. Окуджавы, Ивана Елагина и И. А. Бродского, А. А. Вознесенского и Н. М. Рубцова, В. С. Высоцкого и Ю. П. Кузнецова, а также многих других.

Необходимо подчеркнуть, что нельзя в очередной раз начинать с перекраивания и переписывания истории, «сбрасывания» мнимых и подлинных классиков с несомненной целью немедленно взгромоздиться на опустевшие пьедесталы. Развернувшийся в 1990-х гг. закономерный процесс восстановления правдивой картины поэтического развития не сводится к вытеснению и замене одних явлений и имен другими. Речь должна идти прежде всего о расширении карты поэзии, о ее большей полноте и объективности.

История человечества насчитывает немало войн.  Но войны, подобной Великой Отечественной, люди не знали никогда. Суровым испытанием стала она для всего русского народа, который  поднялся на борьбу с фашизмом за независимость Родины и выстоял, победил. Что же нашему народу выстоять? Только ли благодаря силе оружия мы разгромили врага?

    Я думаю, что в ходе войны не все было подвластно грубой и безжалостной силе.  Существовало нечто более могущественное, чем сила оружия, определившее исход войны.  Это «нечто» - нравственное превосходство русских солдат над фашистами.  Несмотря на страшные испытания, выпавшие на долю наших солдат в ходе второй мировой войны, многие из них не ожесточились, не превратились в зверей, а сохранили в себе доброту и человечность, оказались духовно выше и чище гитлеровцев.  Возьмем, например,  отношение к пленным.  Русские солдаты в боях безжалостно уничтожали врага. Но на место жестокости приходят презрение и жалость после того, как враг перестает быть врагом, сложив оружие к ногам победителей. 

 В литературе мы найдем немало примеров, доказывающих это.  В произведении В.П.Астафьева «Пастух и пастушка» есть такой эпизод.  Желая отомстить за погибших родных и близких, обезумевший от горя русский солдат   начинает стрелять по пленным немцам. Нам, читателям,  понятно его состояние и мы искренне сочувствуем ему. Но вправе ли он убивать пленных? ответ на этот вопрос дает главный герой Борис, когда своим телом он закрывает пленного немца и останавливает стрелявшего солдата.

   Не делает различий между своими и чужими военный врач, оказывая одинаковую медицинскую и русским солдатам, и пленным немцам, потому что для него пленные – тоже люди, хотя и бывшие враги.  

  Приведу другой пример. В повести В.Кондратьева «Сашка» главный герой  не расстреляет случайно взятого им в плен немца («этого гада»), не выполнит безрассудный приказ комбата, пребывающего в страшном состоянии ярости после гибели медсестры Катеньки. И напишет Кондратьев удивительные слова: «Сашка вздохнул глубоко, полной грудью…и подумал коли живой останется, то из всего им на передке пережитого, будет для него случай этот самым памятным, самым незабываемым…». Не убитый им немец – это сила души, борющейся с таким могучим злом. И Кондратьев убеждает, что мы победили не потому, что были сильнее, а потому, что были выше, духовнее и  чище. 

   Герои произведений В.Астафьева и В.Кондратьева не могут не вызывать восхищения и гордости за русского солдата в бесчеловечных условиях войны остаться человеком и победить зло.