Часть в 1. Раздели текст на части. Расставь части плана в нужной
последовательности. Озаглавь каждую часть.
2. Прочитай фрагмент текста, в котором говорится, что у
роботов много работы.
3. Продолжи предложение.
А ещё люди ...
4. Запиши основную мысль произведения.
5. Как ты думаешь, почему роботы не стали ссориться? Про-
читай.

​

Алеко — герой поэмы А.С.Пушкина «Цыганы» (1824). А. — прежде всего обобщенный образ молодого, европейски образованного поколения XIX века, к которому Пушкин причислял и себя самого. Это герой байронического типа, наделенный столь острым чувством достоинства, что все законы цивилизованного мира воспринимает как насилие над человеком. Конфликт с обществом, с которым А. связан рождением и воспитанием,— такова исходная точка биографии героя. Однако А. в повести не раскрыто. Герой характеризуется в самом общем смысле как «беглец», насильственно изгнанный или добровольно покинувший привычную среду. Превыше всего он ценит свободу и надеется обрести ее в естественной вольной жизни цыганского табора.

    Повесть «Цыганы» строится на характерном для романтизма противопоставлении двух со циальных укладов: цивилизации и дикой воли. Критика противоречий цивилизации занимает в произведении важное место. А. обличает «неволю душных городов», в которых люди «торгуют волею своей», «главы пред идолами клонят и просят денег да цепей». Образ «цепей» традиционно использовался романтиками для характеристики феодального деспотизма и политической реакции. В «Цыганах» он отнесен к современности. Разрыв А. с цивилизацией выходит за пределы узколичных проблем и получает глубокое идеологическое обоснование. Таким образом, мотив изгнания в судьбе героя изначально воспринимается как знак его высоких возможностей, его нравственных преимуществ перед ущербной цивилизацией.

    В дальнейшем изгнанник А. появляется среди первобытного народа, жизнь которого Пушкин характеризует метафорами «воля», «нега», «лень», «тишина». Это своеобразный рай, куда еще не проникло зло и где, кажется, А. может отдохнуть душой, найти свое счастье. Но именно такая среда, принципиально чуждая активности, по контрасту выявляет странности личности и характера А. Жизненная практика романтического героя традиционно осуществляется в страстях. Такой герой проявляет себя в бурных переживаниях, в исключительности желаний и поступков, особенно в сфере любовных отношений. В прежнем мире жизнь А. не удалась; оказавшись в цыганском таборе, он связывает надежду на другую, новую, жизнь с Земфирой. Она для него «дороже мира». Пока Земфира любит его, жизнь для А. полна гармонии. Но с изменой Земфиры рушится обретенное равновесие. Самолюбие А. оскорблено, его сердце терзают ревность, потребность мести. Ослепленный взрывом неукротимых желаний, в стремлении восстановить попранную, как ему кажется, справедливость А. неотвратимо идет к преступлению — убийству Земфиры. В любви А. проявляются собственнические, эгоистические инстинкты, т.е. те нравственные качества, которые характеризуют его как носителя духа презираемой им цивилизации. Парадокс судьбы А. в том, что именно он, поборник свободы и справедливости, приносит в невинную простую жизнь цыган кровь, насилие — то есть нравственно развращает ее. В таком повороте сюжета обнаруживается несостоятельность героя. Выясняется, что «сын цивилизации» (так назвал А. Белинский) несовместим с общинной цыганской жизнью, как несовместим он и с миром просвещения. Вторичное изгнание — на сей раз из цыганского табора — и наказание одиночеством завершают сюжетную линию героя.

    Жизненное кредо А. проясняет в повести старый отец Земфиры. Если А. защищает права отдельного лица, то старик цыган, покорно принимающий естественный порядок бытия, выступает от имени родовой жизни. В непредсказуемом поведении женщины-цыганки, в стихийности ее любви он видит только выплеск природных сил, не подлежащих человеческому суду. Старик, когда-то в молодости тоже испытавший муки любви, теперь хочет предостеречь А., передать ему свой опыт. Но «злой и сильный» А. не слышит старика, не принимает его советов. «Нет, я, не споря, // От прав моих не откажусь, // Или хоть мщеньем наслажусь»,— заявляет он.

В рассказе «Цифры» автор рассказывает своему племяннику историю одной ссоры, произошедшей между ними несколько лет назад. Ссорились они часто, но этот случай оказался особенно памятным. В этот раз дядя и племянник очень сложно шли к примирению и взаимопониманию. Чувство вины перед ребенком, видимо, не давало покоя рассказчику. К тому же эта история оставила много вопросов, на которые надо было искать ответы.

Почему так сложны бывают порой взаимоотношения детей и взрослых? В чем причина конфликтов?

Мир детей и взрослых, их понимание жизни различаются. Дети не знают этого, а взрослые не всегда помнят об этом или не хотят считаться с особым, детским видением мира. Взрослые живут рассудком. Они стремятся придерживаться правил «разумного воспитания», по которым «нужно быть строгим и справедливым», «не полагается баловать детей». Но они сами иногда не знают, где граница между строгостью и несдержанной раздражительностью, между баловством и чуткостью к душе маленького человека.

Ребенок живет эмоциями, чувствами. Он не умеет их скрывать и управлять ими. Его можно заставить подчиняться, но нельзя заставить забыть свою мечту, нельзя убедить отказаться от радости ее осуществления, особенно, когда мечта так близко!

Дядя пообещал своему племяннику купить книжки, пенал и карандаши. Но на следующий день ему не хотелось ехать в город, и он отдаляет осуществление мечты маленького человека. А мечта уже захватила всю его душу! Он уже не может отказаться от радости «иметь собственные цветные карандаши, выучиться читать, рисовать и писать цифры». А дяде и в город не хочется, и цифры показать просто лень! И ребенок поднимает бунт: с громкими криками, топаньем ногами и подчеркнутым непослушанием. А за непослушанием, как водится, следует наказание. Но ребенок не понимает, за что он наказан. Это ведь его обманули — не исполнили обещанного. Это у него отобрали радость познания нового. А ведь это ничего не стоило «строгому и справедливому дяде»! Пока взрослые «выдерживали характер», ребенок смирялся со своей обидой.

Но зато сколько было радости, деликатности и покорности, когда примирение состоялось, и мальчик старательно выводил цифры, «полные какого-то божественного значения». «Цифры! Я понимаю, что это счастье», — скажет внуку бабушка, пытаясь начать примирение. Может быть, с этого слова, с понимания того, что есть счастье для другого, и начинается соприкосновение двух миров — детей и взрослых — и их мирное и радостное сосуществование