Объяснение:
В Алматы 31 мая открыли памятник жертвам Голода начала 1930-х годов. Он расположен в сквере рядом со зданием, которое когда-то занимали НКВД и КГБ СССР.
Памятник в Алматы открыли 31 мая – в День памяти жертв политических репрессий. Монумент планировали установить еще 25 лет назад, когда разместили камень с надписью: «На этом месте будет установлен памятник жертвам Голода 1931–1933 гг».
Монумент представляет собой трехметровую композицию из бронзы и гранита – скульптуру матери, прижавшей к груди обессилевшего ребенка. У подножия – перевернутый казан как символ разрушенного трагедией очага.
На церемонию открытия памятника, организованную акиматом Алматы, пришли общественные деятели, поэты и писатели, потомки переживших Голод.
В интервью Азаттыку во время открытия памятника директор института истории и этнологии Хангельды Абжанов сказал, что в 20-м веке казахский народ пережил три трагедии – Голод, политические репрессии и Вторую мировую войну. В ответ на вопрос Азаттыка, почему монумент установлен в память жертв Голода начала 1930-х годов, без упоминания Голода в степи, случившегося в 1921–1922 годах, историк Абжанов сказал, что сравнивать масштабы этих двух бедствий нельзя.
– Голод 1921–1922 года нужно исследовать. Установка памятника жертвам Голода 1931–1933 годов – это начало большого дела. Будут установлены памятники и жертвам Голода 1921 года, и жертвам событий 1916 года. Никто не говорил, что будет общий памятник для двух [трагедий], не обещал такого. Будет открыт и памятник жертвам политических репрессий. Самое главное – мы получили независимость, о таком мы не могли мечтать на протяжении 74 лет. Мы должны сказать «слава богу» и этому, – сказал Абжанов
Ему понравился этот город. - Особенную иронию вызывает сообщение в газете об аллее "широковетвистых дерев, дающих прохладу в знойный летний день". Здесь особенно отчетливо видно чувство юмора автора, который высмеивает высокопарные речи, на деле не представляющие ничего существенного.
Объяснение:
Итак, Чичикову город вполне понравился: он нашел, что "город никак не уступал другим губернским городам". В чем же его привлекательность? ответ на этот вопрос дает автор, иронизируя сначала по поводу внешнего облика города: желтая краска на каменных домах (государственные учреждения и жилища сильных мира сего), как ей и положено, очень ярка, серая на деревянных (обиталища тех, кто менее одарен судьбой) скромна. Затем он подчеркивает, что на домах "вечный мезонин", очень красивый, "по мнению губернских архитекторов".
