Роман Толстого был воспринят как шедевр мировой литературы. Г.Флобер высказал свое восхищение в одном из писем к Тургеневу (январь 1880 г.): «Это перворазрядная вещь! Какой художник и какой психолог! Два первых тома изумительны… Мне случалось вскрикивать от восторга во время чтения… Да, это сильно, очень сильно!» Позднее Д.Голсуорси назвал «Войну и мир» «лучшим романом, какой когда-либо был написан».
Эти суждения выдающихся европейских писателей общеизвестны; они много раз цитировались в статьях и книгах о Толстом. В последнее время впервые опубликованы многие новые материалы, свидетельствующие о всемирном признании великой эпопеи Толстого. Они собраны в 75-м томе «Литературного наследства» (вышел в 1965 г.).
Р. Роллан писал, например, о том, как еще совсем молодым человеком, студентом, он читал роман Толстого: это «произведение, как жизнь, не имеет ни начала, ни конца. Оно — сама жизнь в ее вечном движении».
Художники реалисты 20 века особенно высоко оценили правду военных описаний. Э. Хемингуэй признавал, что он учился у Толстого писать о войне «как можно правдивее, честнее, объективнее и скромнее». «Я не знаю никого, кто писал бы о войне лучше Толстого», — утверждал он в книге «Люди на войне».
Высокий нравственный пафос «Войны и мира» волнует писателей 20 века, свидетелей новых опустошительных войн, в гораздо большей степени, чем современников Толстого. Немецкий писатель Леонард Франк в книге «Человек добр» назвал создателя «Войны и мира» величайшим борцом за те условия человеческого существования, при которых человек действительно может быть добр. В романе Толстого он увидел страстное участие к страданиям, которые война принесла всем людям и , прежде всего, русским людям.
По книге Толстого весь мир учился и учится Россия.
В 1887 году американец Джон Форест писал Толстому: «Ваши персонажи для меня — живые, настоящие люди, такие же, как и Вы сами, и составляют столь же неотъемлемую часть русской жизни.
Приехав теперь в Россию, я стал бы разыскивать Наташу, Соню, Анну, Пьера и Левина с большей уверенностью, что встречусь с ними, чем с русским царем. И если бы мне сказали, что они умерли, я очень огорчился бы и сказал: «Как? Все?».
Художественные законы, открытые Толстым в «Войне и мире», составляют и поныне непререкаемый образец. Голландский писатель Тойн де Фрис выразился об этом так: «Больше всего захватывает меня всегда роман «Война и мир». Он неповторим».
В наш век трудно найти человека, на каком бы языке он ни говорил, который не знал бы «Войну и мир». В книге ищут вдохновения художники, перевоплощающие ее в традиционных (опера С. Прокофьева) и в новых, неизвестных во времена Толстого формах искусства, подобных кино и телевидению читателю глубже, яснее, тоньше понять поэтическое слово. Его силу и красоту — в этом главная задача и условие их успеха. Они дают возможность как бы увидеть своими глазами ту действительную жизнь, любовь к которой мечтал пробудить Толстой своей книгой.
«Война и мир» — это итог нравственных и философских исканий Толстого, его стремлений найти правду и смысл жизни. Каждое произведение Толстого — это он сам, в каждом заключена частица его бессмертной души: «Весь я — в моих писаниях».
Объяснение:
