Ставлення інших до Вадима Куланівського ​

                    Песенка о солдатских сапогах.

      В этой "песенке" Булата Окуджавы ВСЕ недосказано. Что это за война,  что за страна, кто с кем идет воевать. Слышишь грохот барабана, топот солдатских ног на марше, видишь пыль от шагающих сапог. (Да!  Киплинг тоже писал о том же - о бессмысленности и бесчеловечности войны  и, тем не менее, о вечной необходимости в солдатском ремесле!). Под такие  песни легко маршировать, не думая ни о ни о будущем.

     Будущее солдат недосказано, но дым пушек легко угадывается в том тумане, куда уходит взвод. А настоящее - быстро становится Не говорится о мужестве, с которым  будет исполняться воинский долг. Это – очевидно. Привычная мужская работа.

     О нелегкой доле женщин, провожающих мужчин на то и дело вспыхивающую войну, с тревогой и надеждой пытающихся рассмотреть их и свое туманное будущее, тоже недоговаривается. Остается недосказанным, как они выживают, чем им приходится поступаться, чтобы сохранить дом и встретить своих мужчин. Это тоже остается "за кадром". 

     И о коротком мире, когда солдат может перевести дух,  также не рассказывается. Еще воронье жиреет на полях былых сражений, а новая война собирает и старых, и новых солдат.

     Эта пронзительная тема полнее раскрывается в другой Окуджавской песне – "До свидания, мальчики!". Сапоги - ну куда от них денешься?! Но недосказанность "Песенки о солдатских сапогах" придает ей особую глубину. А нам   - пищу для размышлений о войне и мире.

Однажды, будучи проездом во Франкфурте, Санин зашёл в кондитерскую, где молодой дочери хозяйки с упавшим в обморок младшим братом. Семья прониклась к Санину симпатией и неожиданно для себя несколько дней он провёл с ними. Когда он был на прогулке с Джеммой и её женихом, один из молодых немецких офицеров, сидевших за соседним столиком в трактире, позволил себе грубую выходку, и Санин вызвал его на дуэль. Дуэль закончилась благополучно для обоих участников. Однако это происшествие сильно встряхнуло размеренную жизнь девушки. Она отказала жениху, который не смог защитить её достоинство. Санин же внезапно понял, что полюбил её. Любовь, охватившая их, привела Санина к мысли о женитьбе. Даже мать Джеммы, пришедшая вначале в ужас из-за разрыва Джеммы с женихом, постепенно успокоилась и стала строить планы на их дальнейшую жизнь. Чтобы продать своё имение и получить деньги на совместную жизнь, Санин поехал в Висбаден к богатой жене своего пансионного товарища Полозова, которого он случайно встречает во Франкфурте. Однако богатая и молодая русская красавица Марья Николаевна по своей прихоти завлекла Санина и сделала его одним из своих любовников. Не в силах противиться сильной натуре Марьи Николаевны Санин едет за ней в Париж, но вскоре оказывается ненужным и со стыдом возвращается в Россию, где жизнь его вяло проходит в светской суете. Лишь через 30 лет он случайно находит чудом сохранившийся гранатовый крестик, подаренный ему Джеммой. Он мчится во Франкфурт, где выясняет, что Джемма через два года после тех событий вышла замуж и счастливо живёт в Нью-Йорке с мужем и пятью детьми. Её дочь на фотографии выглядит как та молодая итальянская девушка, которой Санин когда-то предложил руку и сердце.