"Хирургия — пустяки... Тут во всем привычка, твердость руки... Раз плюнуть... Намедни тоже, вот как и вы, приезжает в больницу помещик Александр Иваныч Египетский... Тоже с зубом... Человек образованный, обо всем расспрашивает, во всё входит, как и что. Руку пожимает, по имени и отчеству... В Петербурге семь лет жил, всех профессоров перенюхал... Долго мы с ним тут... Христом-богом молит: вырвите вы мне его, Сергей Кузьмич! Отчего же не вырвать? Вырвать можно. Только тут понимать надо, без понятия нельзя... Зубы разные бывают. Один рвешь щипцами, другой козьей ножкой, третий ключом... Кому как.
Объяснение:
Для одних – все события, происшедшие после февраля 1917 г. были “переворотом” (февральским или октябрьским), для других – переворотом была лишь октябрьский захват большевиками верховной власти в стране, а февральские события носили гордое имя “Февральской революции”, для большевиков же и их последователей октябрьский переворот 1917 года был конечно революцией, ставшей для них со временем “Великой”. Большевистская идеологическая традиция в названиях событий сложилась, кстати, не сразу. Первое десятилетие общепринятым в историографии была следующая формула для 1917 года: “Февральская революция” и “Октябрьский переворот”. Активный отход от нее и переход на именование событий “Октябрьской революцией”, да еще и “Великой” наметился лишь в период подготовки к празднованию десятилетия Октября 1917. Все это позволяет нам взглянуть на автора “Тихого Дона” под несколько необычным углом зрения, узнать его отношение к событиям, к старой и “новой” России
