Стихотворение о котором задания ТЫ СМОТРИШЬ В ОЧИ ЯСНЫМИ ЗОРЯМ

Соломон и царица Савская

Соломон и царица Савская

Соломон (?—928 год до н. э.) был десятым сыном царя Давида, рожденным Вирсавией.

Вирсавия была женщиной редкой красоты. Царь Давид, прогуливаясь на крыше своего дворца, увидел внизу купающуюся Вирсавию. Ее муж находился в то время вдали от дома, на службе в армии Давида. Потом он погиб. Вирсавия не пыталась соблазнить царя, о чем свидетельствует библейский текст. Но Давид соблазнился красотой Вирсавии и приказал, чтобы ее доставили во дворец. В результате их отношений она забеременела. Давид впоследствии женился на Вирсавии. При всем своем высоком положении самой возлюбленной из жен Давида Вирсавия заняла место в тени и вела себя достойным образом. Давид короновал Соломона, сына Вирсавии, на царство. Вирсавия была мудрой женщиной и всегда надеялась на Бога. По отношению к Давиду она стала верной и любящей женой и хорошей матерью своим детям.

Сыну Давида и Вирсавии дали имя Шломо (Соломон), оно на иврите происходит от корня шалом — «мир», в значении «не война». На него возлагали надежды по возвращению мира и спокойствия в Земле обетованной. В 965 году до н. э. Соломон еще при жизни Давида стал царем объединенного израильско-иудейского царства. По Библии, Бог дал Соломону царствование при условии, что тот не будет отклоняться от служения Богу. В обмен на это обещание Бог наделил Соломона невиданной мудростью и терпением. В первые годы царствования Соломон действительно проявил себя мудрым и справедливым правителем. Мать свою Вирсавию он усадил на троне по правую руку.

Позднее царь впал в идолопоклонство под влиянием своего гарема: у него было 700 жен и 300 наложниц из разных стран Востока — и поклонялся языческим идолам Молоху, Астарте, Ашере. За это Бог прогневался на него и пообещал множество лишений народу Израиля, но после окончания царствования Соломона. Таким образом, все царствование Соломона достаточно спокойно.

Соломон был тщеславен, любил женщин, роскошь, но вошел в историю строителем Иерусалимского храма и писателем-философом.

Главный храм иудеев был возведен царем Соломоном на горе Мориа. Храм, чтобы поместить в нем иудейские святыни, намеревался возвести его отец Давид и даже начал заготавливать материалы. Однако за грех прелюбодеяния с Вирсавией и кровь, пролитую во многих войнах, Давиду было отказано Богом в праве на возведение храма. Это должен был сделать его сын Соломон — «мирный».

Карл Моор не приемлет фальшь, эгоизм, лицемерие и корысть, существующие в окружающем мире, поэтому принимает отчаянное решение: стать атаманом разбойничьей банды, состоящей из таких же, как он сам, молодых людей, потерявших надежду занять Достойное место в жизни. Окончательным толчком к такому шагу явилось письмо брата, в котором тот сообщает Карлу о проклятии отца. Герой твердо уверен в своих силах: «Поставьте меня во главе войска таких молодцов, как я, и Германия станет республикой, перед которой Рим и Спарта покажутся женскими монастырями». Разбойники искренне надеются восстановить порядок в обществе, и этим стремлением они готовы оправдать любые средства. Карл Моор беспощаден к тем, в ком видит источник произвола и угнетения: к княжескому фавориту, добившемуся привилегий благодаря лести и интригам; к советнику, торгующему чинами и должностями; к попу, публично скорбящему об упадке инквизиции. Однако Моор, в отличие от своих товарищей, не опускается до грабежа и раздела добычи. И всю свою долю отдает бедным. Но со временем он начинает понимать, что его друзья все больше ожесточаются, превращаясь в обычных разбойников, получающих удовольствие от насилия и жестоких расправ. К тому же, наделенный острым умом, он сознает, что невозможно искоренить зло и тиранию, продолжая постоянно проливать кровь многочисленных жертв. «О, я глупец, мечтавший исправить свет злодеяниями и блюсти законы беззаконием!», — в отчаянии восклицает он. Подобные противоречия приводят Моора к тому, что он решает сам сдаться властям, вынося таким образом приговор самому себе.

Полной противоположностью Карлу выступает в произведении его брат Франц, который испытывает черную зависть к своему брату, наследнику титула и владений, к тому же счастливому сопернику, которого любит Амалия. Для него ничего не значат такие понятия, как честное имя, совесть, узы кровного родства. Он не останавливается перед низкими интригами, чтобы устранить со своего пути Карла, а затем хладнокровно ускоряет смерть старика отца. Но в конце драмы он начинает осознавать неизбежность небесной кары за свои преступления. Кроме того, Карл находится в страхе перед надвигающимся возмездием в лице разбойников, готовых ворваться в замок. Все эти мысли и страх доводят его почти до помешательства. В своем предсмертном безумии он понимает, что его грешной душе предстоит гореть в аду, и отчаянно старается заставить других вымолить для него Он и сам хочет молиться, но не может: «Здесь, здесь (бьет себя в грудь и в лоб) все пусто... Все выжжено!» — сознается он. В результате этого он кончает жизнь самоубийством.

Как мы видим, смерть обоих братьев добровольна, но в каждом из этих двух случаев заключен различный смысл. Карл погибает, поняв ошибочность пути, избранного им для борьбы с произволом и тиранией. Самоубийство же Франца обусловлено лишь страхом перед жестокой расправой. Оно, по большому счету, предопределено всей его ничтожной жизнью, подлостью, обманом, мелочными устремлениями и жалкими страстями.

Гибнет Франц — ив этом можно увидеть предвещание неминуемой гибели всему «хилому веку», с его пошлостью, низостью, завистливостью и злобой; всем этим «лживым, коварным ехиднам», чьи слезы — вода, сердца — железо. Но гибель Карла, напротив, не является свидетельством краха его идеалов и устремлений. Она подчеркивает только невозможность и бесперспективность одиночной борьбы, не небольшой группы людей изменить весь несправедливый и испорченный мир. Карл Моор умирает по доброй воле, но он умирает «во имя правды» — таков несомненный вывод, который можно сделать из драмы великого писателя.