У майбутньому друзі Софійки стали​

Фрося и ее бабушка Аглая Ермолаевна живут в памятнике. Не в статуе, конечно. В памятнике зодчества! Живет девочка в деревне настоящей, считает себя "деревенской бабой Ефросиньей", умеет копать, поливать, давать отпор пьянице Никанору... И заботы у нее подчас не такие, как у обычной девчонки: не о новых нарядах и компьютерных играх, а о том, как добраться до города в снегопад, как управиться одной с хозяйством, если бабушка в больнице у нее был только один - медведь Герасим). А тут еще и дом украли! В этой книжке удивительные персонажи, чудесный юмор, много странных слов вроде "подклет" и "охлупень", и даже свежий

Аннотация к книге "Фрося Коровина"

Фрося и ее бабушка Аглая Ермолаевна живут в памятнике. Не в статуе, конечно. В памятнике зодчества! Живет девочка в деревне настоящей, считает себя "деревенской бабой Ефросиньей", умеет копать, поливать, давать отпор пьянице Никанору... И заботы у нее подчас не такие, как у обычной девчонки: не о новых нарядах и компьютерных играх, а о том, как добраться до города в снегопад, как управиться одной с хозяйством, если бабушка в больнице у нее был только один - медведь Герасим). А тут еще и дом украли! В этой книжке удивительные персонажи, чудесный юмор, много странных слов вроде "подклет" и "охлупень", и даже свежий деревенский воздух.

Детская повесть Станислава Востокова "Фрося Коровина" рассказывает о жизни деревенской девочки. Но будни ее наполнены не заботами - преодолеть пургу, мешающую добраться до города, сохранить хозяйство, пока бабушка в больнице, и даже сберечь собственный дом - какие-то люди считают его памятником деревянной архитектуры. А у Фроси всего один - медведь Герасим.

Объяснение:

2 глава:
"С еще более нечетким и зыбким сознанием воспринималась им война. Тут он оказывался совершенно бес Все его существо противилось тому реальному, что происходило, – он не то что не хотел, а просто не знал, куда, в какой уголок души поместить хотя бы временно и хотя бы тысячную долю того, что совершалось: пятый месяц немцы безудержно продвигались вперед, к Москве… Это было, конечно, правдой, потому что… потому что об этом говорил сам Сталин."
1 глава: 
В ту пору с утра и до ночи с подмосковных полей не рассеивалась голубовато-призрачная мгла, будто тут сроду не было восходов солнца, будто оно навсегда застряло на закате, откуда и наплывало это пахучее сумеречное лихо – гарь от сгибших там «населенных пунктов». Натужно воя, невысоко и кучно над колонной то и дело появлялись «юнкерсы». Тогда рота согласно приникала к раздетой ноябрем земле, и все падали лицом вниз, но все же кто-то непременно видел, что смерть пролетела мимо, и извещалось об этом каждый раз по-мальчишески звонко и почти радостно.