Однажды отец Миши подозвал к себе сына, и показал ему табакерку. Она была красивая, «пестренькая, из черепахи». Крышка ее была настоящим произведением искусства: на ней располагались ворота, башенки, многочисленные домики и деревья, за которыми вставало солнце с длинными розовыми лучами.
От отца Миша узнал, что название этого удивительно прекрасного города – Динь-динь. Папенька тронул какую-то пружинку, и неожиданно по комнате полились звуки чарующей музыки, а солнышко стало двигаться по небосклону. Когда же оно полностью скрылось за пригорком, на небе появился «месяц рогатый» и звездочка.
Одоевский стремился к тому, чтобы его сказка понравилась ребятам, заинтересовала их. Уже самый замысел ее можно объяснить этим желанием. Кто не хотел узнать, что внутри поразившей нас игрушки?! Вот и Мише захотелось заглянуть внутрь музыкальной табакерки - узнать, как она устроена. Незаметно для себя под мелодичный звон колокольчиков мальчик уснул, и приснился ему оживший музыкальный городок… Как у всякой хорошей сказки, у сказки Одоевского благополучный конец: проснувшись, Миша увидел, что не сломал табакерки. Но он догадался, что колокольчики звенят потому, что по ним бьют молоточки, а молоточки двигаются потому, что двигается валик, а валик поворачивается потому, что есть пружинка-царевна. Она-то и толкает валик. И сколько движения! Звенят колокольчики, восходит и заходит солнышко, сверкают на небе звезды!
Объяснение:
сори если не правильно
Простой человек описан как образец бесстрашия, стойкости и преданности своему народу.
Пришел король шотландский,
Безжалостный к врагам,
Погнал он бедных пиктов
К скалистым берегам.
На вересковом поле,
На поле боевом
Лежал живой на мертвом
И мертвый — на живом.
В своих могилках тесных,
В горах родной земли
Малютки-медовары
Приют себе нашли.
Вышли они из-под камня,
Щурясь на белый свет, -
Старый горбатый карлик
И мальчик пятнадцати лет.
К берегу моря крутому
Их привели на допрос,
Но ни один из пленных
Слова не произнес.
Сын и отец молчали,
Стоя у края скалы.
Не верил я в стойкость юных,
Не бреющих бороды.
А мне костер не страшен.
Пускай со мной умрет
Моя святая тайна —
Мой вересковый мед!
