А ты снаешь ответы на задание?

Писатель очень часто прибегает к мимолетным, коротким описаниям жизни города глазами героя. Таково описание «горячительных» заведений, из которых выбегали женщины, одетые, как ходят «по соседству и в одних платьях. В двух-трех местах они толпились на тротуаре группами, преимущественно у сходов в нижний этаж, куда, по двум ступенькам, можно было спускаться в разные весьма увеселительные заведения». Петербург становится олицетворением духовного и физического уродства общества. Здесь продается и покупается все, включая тело и душу человеческую.

Лишь только раз, как в тумане, возникает величественный Петербург перед Раскольниковым: «Необъяснимым холодом веяло на него от этой великолепной панорамы; духом немым и глухим полна была для него эта картина…». Но в романе Достоевского Петербург становится враждебной для человека силой.

Безрадостна, чужда и далека от главного героя удивительно прекрасная панорама Исаакиевского собора и Зимнего дворца. Но такое безразличие к красивым местам «города противоречий» было свойственно для всех бедных людей, живущих в трущобах и в самых грязных районах Петербурга, поскольку сознание этих людей заполнено только одним – чувством страха перед будущим.

Родион Раскольников, как человек тонкой душевной организации, чувствует свою зависимость от ужасного Петербурга. Не раз в своих фантазиях он желал изменить этот город к лучшему: «Проходя мимо Юсупова сада, он даже очень было занялся мыслью об устройстве высоких фонтанов и о том, как бы они хорошо освежали воздух на всех площадях. Мало-помалу он перешел к убеждению, что если бы рас Летний сад на все Марсово поле и даже соединить с дворцовым Михайловским садом, то была бы прекрасная и полезнейшая для города вещь».

Свидригайлов заговаривает с Раскольниковым про его сестру Дуню, убеждая, что совсем не думал её бeсчестить, а хотел бежать с ней за границу и там «устроить обоюдное счастье». Раскольников осведомляется, не убивал ли Свидригайлов свою жену Марфу Петровну. Тот убеждает: нет, я лишь два раза ударил её хлыстиком, чему она оказалась даже рада («человек вообще, и особенно женщина, очень и очень даже любит быть оскорбленным, замечали вы это?»), а потом с Марфой Петровной случилась апоплексия. (См. полный текст разговора Раскольникова со Свидригайловым.)