О.Грін Порпурові вітрила питання "Як відноситься Грей до природи та оточуючого світу?" до ть будь ласка​

 Как Робинзон Крузо, я люблю море, но вижу его редко. Мы живем в городе, далеком от тех мест, откуда отплывают в дальние страны корабли, где кричат чайки и пахнет рыбой и водорослями. Но я часто представляю себе, что я, подобно Робинзону Крузо, оказался на необитаемом острове... Когда я пришел в себя, море уже не штормило. Близился вечер, и надо было подумать о еде и ночлеге. Я набрал хвороста, постелил свою куртку и прилег. Было жестко и неудобно. Я долго не мог уснуть — мучил голод. Где-то вдали прокричала какая-то птица. Мне стало страшно. Утром я стал размышлять над тем, что мне теперь делать. Во-первых, надо позаботиться о пище. Это, как мне казалось, будет несложно: в море полно рыбы, в лесу есть орехи, ягоды, птичьи гнезда, где можно найти яйца. Ведь именно их начал есть Робинзон, когда привезенные с корабля припасы закончились. Во-вторых, надо развести огонь, найти какую-нибудь посудину, чтобы сварить уху... Но я же на необитаемом острове! Откуда здесь посудина? Даже банки жестяной не найти... Я отправился обследовать местность. В зарослях дикой лещины насобирал орехов. Наткнулся на кусты с ягодами, похожими на землянику. Что делать дальше? Конечно, лучшим советчиком здесь может быть только Робинзон Крузо. Он построил себе жилище, сам соорудил себе мебель. Я знаю, что Робинзон делал из глины посуду. Он сшил себе одежду, даже изготовил зонтик. По примеру Робинзона я должен был бы приручить диких коз, выращивать злаки. Но я этого ничего не умею. У меня нет необходимого жизненного опыта, знаний, мастерства. Это сразу отрезвляет меня и возвращает в реальность — в свою благоустроенную городскую квартиру. Страшно подумать, что я мог бы оказаться один, без родителей и друзей, даже в этом современном городе! Чтобы не растеряться в жизни, как Робинзон, мне надо еще многому научиться. Ведь на необитаемом острове мне пришлось бы стать и строителем, и поваром, и портным, и рыболовом, и даже доктором! Нет, если бы я остался на необитаемом острове один, я бы непременно погиб!

Повесть Михаила Булгакова "Собачье Сердце" - крайне многоплановое произведение. Тут и острая сатира, и философские размышления, и фантастичность сюжета. Среди средств художественной выразительности, использованных автором, видное место занимает гротеск - крайнее преувеличение, доведенное до абсурда.  

Абсурдности в повести немало. Общая абсурдность ситуации в том, что четвероногий Шарик гораздо более человечен, чем Шарик двуногий. Клим Чугункин в большей степени животное, чем бездомный пес Шарик. Его интересы и желания примитивны, животны.

Абсурдно и то, что прооперированный профессором пес, получивший личность люмпена Чугункина и ставший Полиграфом Полиграфовичем Шариковым, делает стремительную карьеру и приобщается к идеологии победившего пролетариата. При поддержке Швондера Шариков находит себе дело по душе - он ловит и убивает бездомных животных, то есть таких же существ, каким недавно был сам.  

Гротескно и то, как Шариков рассуждает о глобальных вопросах. Он категорично высказывается о вещах, о которых не имеет ни малейшего понятия и абсолютно уверен в своей правоте. "Не согласен я... с обоими", "Отнять и поделить" - в этом весь Шариков, то есть люмпен Чугункин. Этот типаж, к сожалению, живет и процветает до сих пор.