А. Ямб – двусложный размер стиха, в котором первый слог безударный, второй ударный. Ямбом любил писать А. С. Пушкин. Четырехстопный ямб – самый рас стихотворный размер. Шестистопный ямб чаще встречался в произведениях восемнадцатого века.
Мороз и солнце; день чудесный!
Временно ты дремлешь, друг прелестный –
Пора, красавица А. С. Пушкин)
Хорей – двусложный размер стиха, в котором на первом звании стоит ударный слог, на втором безударный. Вот пример стихотворения, написанного четырехстопным хореем:
Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя.
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя.
(А. С. Пушкин)
Б. Анапест – трехсложный размер стиха, в котором первые два слога безударные, а третий ударный.
Меж высоких хлебов затерялося
Небогатое наше село.. .
(Н. А. Некрасов)
Амфибрахий как и относится к трехсложным размерам стиха, в нем ударный слог находится между двумя безударными.
Как-то раз в студеную зимнюю пору
Я из лесу вышел: был мощный мороз…
(Н. А. Некрасов)
Дактиль – в свою очередь трехсложный размер стиха, в котором на первом звании стоит ударный слог, за ним следуют два безударных.
Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто, как я же, изгнанники,
С милого севера в сторону южную.
(М. Ю. Лермонтов)
Помимо того, различают в настоящее время такие размеры, как пиррихий, либо по-другому дибрахий, когда в двусложных размерах стиха рядом стоят два безударных слога. Спондей – а именно в двусложных размерах стиха расположение рядом двух ударных слогов. В трехсложных размерах вдобавок есть дополнительные размеры: трибрахий – три безударных слога подряд; молосс – три ударных слога подряд. И определенные другие.
Объяснение:
Рассказ начинается с лаконичной, но очень емкой фразы, в которой заключается, по сути, вся жизнь главного героя: «Некто Кузовников Николай Григорьевич вполне нормально и хорошо прожил». Мы узнаем об этом человеке, что в молодости, еще в тридцатые годы, он переехал из деревни в город. Всю жизнь прожил там, приноровившись к городскому существованию.
Николай Григорьевич с поистине деревенской смекалкой, хитростью, оборотистостью подошел к во своей работы. Всю жизнь герой проработал кладовщиком. Нельзя сказать, что не воровал, но воровал в меру, лишнего не брал. И оправдывал себя тем, что толковать о совести с «голым задом» - неправильно. Гораздо спокойнее, когда у тебя за душой что-то имеется на «черный» день. Да и потом, через руки Николая Григорьевича столько добра проходило, что назвать то, что он брал, воровством, ни у кого и в голову не приходило. Кроме, «какого-нибудь сопляка с высшим юридическим образованием».
И все в жизни героя было спокойно и благополучно, но в последнее время, под старость лет, появилась у него странная прихоть. По субботам, когда можно было бы провести день с женой, под вечер Кузовников уходил на вокзал. Там он находил «курилку» - место общения деревенских мужиков, приезжавших в город по своим делам. И вот среди них герой начинал странные разговоры. Якобы он выбирает себе деревню на жительство – хочет вернуться к своим корням и советуется с мужичками, куда лучше податься.
Советчиков всегда находилось великое множество. Каждый старался представить свою деревню повыгодней. Начиналось обсуждение бытовых во житья-бытья» в деревне: сколько стоит дом, какая где природа, как обстоят дела с работой и так далее.
Постепенно разговоры перетекали в другое русло – начиналось обсуждение людей, городских и деревенских. И всегда оказывалось, что городские проигрывали: они были более непорядочными, злыми, невоспитанными, хамоватыми. Именно в этой части разговора Николай Григорьевич превращался из слушателя в активного участника: «- Ведь почему и уехать-то хочу!.. Вот потому и хочу-то - терпенья больше нет никакого». И мы понимаем, что истинная причина ежесубботних походов героя крылась именно в этом – ему необходимо было излить душу, почувствовать другое общение, более теплое и душевное, исходившее от деревенских мужиков.
Автор говорит нам, что и сам Кузовников на работе вел себя зло и по-хамски. Но его душа требовала другого: теплоты, участия, доброты, беззлобности. Того, чего так не хватает в городе, где в погоне за красивой жизнью люди забывают о своей душе. Но человеческая сущность требует любви и тепла. И в условиях города эта потребность может «выливаться» вот в такие «прихоти», как у Кузовникова.
Мне кажется, что его походы превратились в некий смысл жизни для героя – он их совершал бы, несмотря ни на какие запреты, тайком. Потому что ничего другого, по сути, в жизни Николая Григорьевича, и не было.
Все творчество Шукшина основано на изображении граней не только человеческого характера, но и контраста деревенской и городской жизни. Исходя из названия данного рассказа, мы понимаем, что писатель находится на стороне деревни. «Выбираю деревню на жительство» - это не только процесс, но уже и результат. Между городом и деревней, между городским и деревенским мировоззрением, философией, человеком автор и его герой выбирают деревню как оплот жизни, основу, корни человеческого существования вообще.
Объяснение:
