1) Подобной погоды желает земледелец для уборки хлеба
2) Да это я совсем не туда попал
3) Парахинские кусты!
4) Да где же это я?
5) Этот луг славится в наших околотках под названием Бежина луга.
6) Детские звонкие голоса раздались вокруг огней
7) Я сказал мальчикам, что заблудился, и подсел к ним
8) Всех мальчиков было пять
9) я лежал под кустиком в стороне и поглядывал на мальчиков.
10) Ну, и что ж ты, так и видел домового?
11) глядит: а перед ним на ветке русалка сидит, качается и его к себе зовет
12) видит: у утопленника на могиле барашек, белый такой, кудрявый, хорошенький, похаживает.
13) в родительскую субботу ты можешь и живого увидать, за кем, то есть, в том году очередь помирать.
14) в Шаламове было видать предвиденье-то небесное
15) торжественно и царственно стояла ночь
16) В этом бучиле в за лете Акима-лесника утопили воры
17) Акулина-дурочка с тех пор и рехнулась, как в воде побывала
18) вдруг зовут меня этак Васиным голоском и словно из-под воды
19) Месяц взошел наконец
20) Он не утонул: он убился, упав с лошади
Предисловие написано от лица автора, отдавшего 11 лет жизни изучению алхимии. Он предупреждает, что «Алхимик» — книга символическая.
Свои исследования автор начал в середине семидесятых. В то время он все свои деньги тратил на книги по алхимии и знакомился с другими алхимиками, но его «усердие и рвение не давали абсолютно никаких результатов». Книги были написаны замысловатым языком, а мнимые алхимики тщательно охраняли свои секреты.
В 1973 году он совершил некую серьёзную ошибку и прекратил изыскания. В 1981 году автор встретил Учителя, который вернул его «на прежнюю стезю». Учитель делил алхимиков на три типа: одни любят неопределённость, поскольку не знают своего предмета; другие знают его и понимают, что «язык алхимии направлен к сердцу, а не к рассудку»; третьи не знают об алхимии, «но сумели всей жизнью своей открыть Философский Камень». Об алхимике третьего типа и пойдёт рассказ.
