Розкриваємо смисл до До Мельпомени,заповнюючи прогалини 1,Ода Горація Мельпомени присвячена темі
2,автор порівнював свої твори з,котрий
3,Поет стверджквав:ніколи повністю,оскільки
4,Горація думав,що його слава триватиме доти,допоки
5,Свою заслугу він вбачав в тому,що
6,Звертаючись до,Горація прохав її

В рассказе «Левша» , как и во многих других его произведениях, Лесков обращается к русской истории, изображает жизнь дореформенной, крепостнической России. В «Левше» автор использует «вымышленный мемуарный жанр» , «мемуарность» является лишь художественным средством, у большинства его героев не было живых прототипов. Создавая колорит достоверности, Лесков упоминает подлинные исторические имена императоров и членов их семей, события (Великий совет, поездка Александра Павловича по Европе) . Также условно тождество Платова с казачьим атаманом М. И. Платовым, участником Отечественной войны 1812 г. Этот «исторический» фон также один из приемов художественного изображения в творчестве Лескова.

Николай 1. Именно он поручает атаману Платову найти умельцев, могущих превзойти английских мастеров. После он посылает Левшу с подкованной блохой в Англию, чтобы показать, на что русские мастера. В отличие от своего брата, Николай Павлович показан патриотом. Новый император в отличие от предыдущего был уверен в русских людях, был настоящим патриотом, ценил русский народ, верил в него. Лесков показывает его простодушным: он, государь, император, обнял и поцеловал левшу – тульского мастера, бедняка, всего оборванного, потного, неубранного, всего в пыли. Николай 1 явно симпатичен автору, в отличие от Александра Павловича, преклонявшегося перед иностранцами. И рассказ о нем, не теряя юмористического звучания, приобретает почтительность:

"Государь Николай Павлович ни о чем не забывал, и чуть Платов насчет междоусобных разговоров кончил, он его сейчас же и спрашивает:

— А что же, как мои тульские мастера против аглицкой нимфозории себя оправдали? .

Александр 1 . Он большой поклонник английской культуры, восхищается техническими изобретениями этой страны. Приехав в Англию вместе с атаманом Платовым, Александр 1 восторгается различными интересными вещами, новшествами, которые ему гордо демонстрируют англичане. Он не решается в противовес показать им изделия и достижения русских мастеров. Александр 1 - политик, он боится испортить отношения с англичанами, в нем нет должного патриотизма. Александр Павлович представлен в шаржированной роли поклонника и почитателя западной (английской) цивилизации и ее технических изобретений. Приехав в Англию вместе с атаманом Платовым, Александр Павлович восторгается редкостными, искусно сделанными вещами, которые горделиво показывают ему англичане, и не осмеливается противопоставить им изделия и достижения русских людей. "Политик" Александр Павлович, остерегающийся испортить отношения с англичанами, противопоставлен своему брату "патриоту" Николаю Павловичу и прямодушному Платову, болезненно переживающему унижение русских. Тождество Александра Павловича с реальным императором Александром I условно.

Казачий атаман Платов. Именно он сопровождает императора Александра Павловича во время поездки в Англию. В отличие от императора, Платов показан нам как патриот своей страны. Он уверен, что русские мастера смогут сделать вещь более удивительную, чем танцующая блоха. Именно он разоблачает англичан, когда отворачивает замок у английского пистолета и видит там надпись с именем русского мастера. Из-за своего прямодушия Платов теряет хорошее расположение Николая 1. Примечательно то, что Платов не признает личного достоинства людей, зависящих от него. Побои и угрозы он считает лучшим влияния на людей.

Растужился, расплакался серенький зайка, под кустиком сидючи; плачет, приговаривает:

«Нет на свете доли хуже моей, серенького зайки! И кто только не точит зубов на меня? Охотники, собаки, волк, лиса и хищная птица; кривоносый ястреб, пучеглазая сова; даже глупая ворона и та таскает своими кривыми лапами моих милых детушек - сереньких зайчат. Отовсюду грозит мне беда; а защищаться-то нечем: лазить на дерево, как белка, я не могу; рыть нор, как кролик, не умею. Правда, зубки мои исправно грызут капустку и кору гложут, да укусить смелости не хватает. Бегать я таки мастер и прыгаю недурно; но хорошо, если придется бежать по ровному полю или на гору, а как под гору - то и пойдешь кувырком через голову: передние ноги не доросли.

Всё бы еще можно жить на свете, если б не трусость негодная. Заслышишь шорох, - уши подымутся, сердчишко забьется, невзвидишь света, пырскнешь из куста, - да и угодишь прямо в тенёта или охотнику под ноги.

Ох, плохо мне, серенькому зайке! Хитришь, по кустикам прячешься, по закочками слоняешься, следы путаешь; а рано или поздно беды не миновать: и потащит меня кухарка на кухню за длинные уши.

Одно только и есть у меня утешение, что хвостик коротенький: собаке схватить не за что. Будь у меня такой хвостище, как у лисицы, куда бы мне с ним деваться? Тогда бы, кажется, пошел и утопился».