План- характеристика героїв Айвенго і Бріан де Буагільбер

1. Вірне служіння Сюзеренові

2. Ставлення до лицарської честі

3. Мистецтво володіння зброєю

4. Ставлення до жінки

5. Ставлення до тих, які потребують до

Беды научают человека мудрости:

Раньше я мечтал, что когда вырасту, то, как папа и дедушка, буду ходить на охо­ту. Убить зверя — это ведь так легко! Было бы ружьё: «бах» — и заяц у тебя в кармане.

Однажды я попросил дедушку рассказать, как он охотился.

—       Было солнечное морозное утро, — начал свой рассказ дедушка, — я взял ружьё и встал на лыжи. Снег был мягкий и пушистый. В мо­розном воздухе скрип из-под лыж раздавался далеко. В такие дни заяц лежит чутко и шан­сы взять его с подъёма невелики. Следы ис­кать долго не пришлось, они на свежем снегу как на листе бумаги. Скидку со следа нашёл быстро: видимо, заяц петлял недолго. Значит, где-то рядом лёжка. Я обследовал всё в ради­усе двадцати метров. Заяц как в воду канул. Там, где след обрывался, начиналась лощина. Я спустился в неё, но и здесь никаких сле­дов. Мистика какая-то. И тут взгляд упал на свисавший с бугра большой сугроб, из которо­го, преломляясь на солнце, поднималась вверх тоненькая струйка пара. A-а, вот где ты спря­тался, хитрец! Зарылся в сугроб, полёживает, как медведь в берлоге, и в ус не дует. Я снял лыжу и сунул её в то место, откуда шёл пар. В следующий момент в воздух поднялся столб снега. Следом выскочил обезумевший заяц. Чуть не сбив меня с ног, он пустился наутёк. Я вскинул ружьё, цель была близко, снять её можно одним выстрелом. Но мне стало жалко этого лопоухого мудреца. Пусть живёт и дру­гих уму-разуму учит. Я выстрелил дуплетом в воздух, заяц, пригнув уши, дал стрекача.

Дедушка умолк, а я сидел и думал, что не так-то оно и просто хладнокровно убить животное. Охотником быть мне сразу расхоте­лось, так как я понял, что убийство в любом случае — дело жестокое.

Посреди заливного луга, при впадении реки Нерли в Клязьму, красуется белокаменная церковь Покрова 1165 г., одно из самых лирических творений древнерусских зодчих. Вокруг – полный покоя и поэзии луговой простор. Вольный воздух, высокое небо, пышные травы… и на взгорке, на берегу тихой старицы, – нежный силуэт древней церкви. Издалека манит её белый наряд посреди древесных крон.  Изящество форм, грация силуэта, резная декорация преодолевают тяжесть камня. Рельефы – аркатурно-колончатый фриз, женские маски, сюжетные группы – складываются в целую систему, декоративную и философскую. Центральное место в ней принадлежит библейскому царю Давиду, чей образ связывается в богословии с идеей Покрова – покровительства Богоматери.Во времена князя Андрея Боголюбского, строителя этой церкви, на Владимирской Руси приобретает известность событие из византийской истории X в.: явление Богоматери во Влахернском храме Константинополя святым Андрею Юродивому и Епифанию при нападении на греков сарацин в день 1 октября – «Влахернское чудо». Тогда же во Владимире учреждается праздник Всемилостивого и Пресвятой Богородицы (1 августа). В Византии на этот день приходилось празднование Животворящего креста. Белокаменный крест с высеченной на нём «Похвалой кресту», стоявший в XII в. на пути к церкви Покрова, хранится сейчас в Боголюбовском храме. Все эти празднования – «Влахернского чуда и Богородицы, Животворящего креста – объединяет идея божественного покровительства, которая со временем оформилась в особый праздник Покрова Богородицы. «Житие князя Андрея Боголюбского» связывает строительство этой церкви ещё с одним событием – гибелью от ран юного князя Изяслава Андреевича после похода 1164 г. в Волжскую Болгарию. Церковь Покрова достойно венчает короткий, но исключительно плодотворный градостроительный период Андрея Боголюбского. Совершенная красота, таинственная глубина рельефов, мемориальный и церковно-исторический смысл – так много всего соединилось в этом небольшом, одиноко стоящем уже более восьми веков храме. Облик храма, такой законченный и цельный, первоначально был иным. Храм окружала галерея, а холм, на котором он стоит, был облицован белым камнем. Царственная ступенчатая церковь продолжала Боголюбовский замок и стольный Владимир, а пристань на оживлённом речном пути обеспечивала князю могущество. Сейчас, спустя века, ничто не напоминает о политической злобе дня, лишь совершенная красота смягчает и трогает душу. В настоящее время храм Покрова, как и прежде, приписан к Боголюбовскому монастырю;